Милая пленница

— Ну, какая еще блажь пришла в ваш больной мозг? — резко спросила она, прижимая рубашку к обнаженной груди.

— В настоящий момент мне будет приятно посмотреть, как ты одеваешься. Мне что-то не хочется ощущать слой грязи между нами, когда я оседлаю тебя, — грубо бросил он.

Александра задохнулась от его хамского тона и принялась дрожащими руками натягивать на себя изодранную рубаху, в то время как мысли ее бешено кружились, радуясь неожиданной отсрочке. Герцог резко бросил ей веревку, и Александра торопливо схватила ее, боясь, что он передумает.

— Раньше ты не стремилась так быстро прикрыть свою наготу, — произнес Хоук угрожающим тоном.

И прежде чем Александра успела понять, что он намерен сделать, герцог схватил ее за руку и потащил к небольшому скоплению камней на склоне холма, возле которого терпеливо ждал Аладдин. Швырнув Александру на спину коня, герцог вскочил следом за ней.

— К-куда вы меня везете? — спросила она, едва шевеля пересохшими губами.

— Ты задаешь чертовски много вопросов. Впрочем, если подумать, ты всегда этим отличалась. Ты что, до сих пор не выучила, что избыток знаний вреден для женского мозга?

Александра фыркнула:

— Ну, за подобную идею вас едва ли можно винить. Вы сами думаете отнюдь не головой, а… — Девушка запнулась, испуганная тем, что едва не сорвалось с ее языка.

— Ну же… продолжай, Изабель! — мягким как шелк голосом сказал Хоуксворт. — Это становится интересным. Так какую же деталь моей анатомии ты намеревалась упомянуть? Мой желудок? Ну да, я люблю хорошо поесть, но не слишком уж этим увлекаюсь. Мой рот? Положим, я многовато пью, и мне это нравится. Но, может быть, ты собралась сказать о…

— Хватит! — взвизгнула Александра, зажимая уши ладонями.

— Копье? Корешок? — Он произносил эти слова прямо ей в ухо.

— Грязная грубая тварь! — закричала она, отворачивая голову и стараясь не слышать его насмешливого хохота.

— Какой ты стала смешной, дорогая! Я даже почти поверил, что ты меня боишься! — Его руки, как железные кольца, обхватили талию Александры, когда герцог пустил Аладдина галопом по зеленому лугу. — Ну конечно, мы оба знаем, что это просто невозможно.

Александра была слишком обозлена, чтобы говорить.