Милая, ты только не ругайся!

Я знаю, мама от тебя не в восторге, — Альберт на миг поджал губы, но затем снова мягко улыбнулся, — но ей придется принять мой выбор.

В этот момент в его тоне прозвучали непривычные стальные нотки, которые я слышала впервые, а глаза пианиста сверкнули решимостью.

— Мы знакомы уже больше двух лет и нет в мире женщины лучше тебя. Серафимушка, я предлагаю тебе стать моей супругой. Ты согласна?

В его руке появилась красная бархатная коробочка, которую открыли в мою сторону и я могла полюбоваться безупречным крупным бриллиантом в строгой оправе из белого золота.

И тут в ресторане погас свет, а за окном громыхнуло так, словно молния ударила прямо в здание. Музыканты малого симфонического оркестра взяли фальшивую ноту, кто-то из дам взвизгнул, где-то разбился бокал, а затем какофония звуков пошла по нарастающей, заставляя напрячься уже всерьез.

Сама я даже в темноте видела довольно неплохо, спасибо наследию отца, но сейчас помещение окутала просто кромешная тьма, а это означало одно — без магии не обошлось.

Крики становились всё громче, многочисленнее, тут и там слышался звон разбитой посуды, грохот стульев и даже столов, возмущенные визги женщин,

негодующие вопли мужчин. Не понимая, что происходит и с какой стороны ждать угрозы, тем не менее я поудобнее перехватила свою вилку и замерла, практически не дыша, чтобы услышать врага на подходе, но всё равно оказалась беззащитна перед воздушным арканом, который спеленал меня по рукам и ногам, дернув в сторону, но при этом подозрительно аккуратно, тoгда как со стороны Альберта раздался хруст и мгновенный крик боли.

Знакомый хруст. Очень знакомый. Так хрустят кости, когда их ломают…

Закончилось всё так же быстро, как началось.

Зажегся свет, я oбнаружила себя в противоположном краю зала среди ещё пяти откровенно перепуганных, но, к счастью, целых женщин, которые первым делом начали себя нервно щупать, а затем одна из них взвыла белугой.

И я сразу поняла, что мне показалось странным: ни на одной из них не было украшений. Воoбще.

Я тоже тронула свои уши, с легким недоверием констатируя, что у меня украли серьги, причем так, что я даже не заметила чужого касания. В принципе не так уж и жалко, не дешевка, конечно, но и не запредельной стоимости.