— Это, дорогой мой мальчик, нетрудно устроить.
В этот момент к ним подошел Эдвард.
— Кстати, Джеймс, я так был поглощен столь замечательной новостью, что забыл сообщить: сегодня возле дома крутился какой-то парень, который искал тебя. Я, разумеется, мог бы сообщить ему, где тебя можно найти, но он был настроен весьма враждебно. Я подумал, что если это твой друг, то он должен был бы иметь манеры получше.
— Он назвал себя?
— Нет. Это был очень крупный и рослый мужчина и, судя по акценту, американец.
Джеймс медленно повернулся к Джорджине, нахмурил брови, глаза его потемнели.
— Похоже, эти варвары и хамы, в родстве с которыми ты состоишь, выследили нас, моя дорогая?
Джорджина вызывающе вздернула подбородок, не в силах, однако, скрыть удивления.
— Мои братья любят меня, Джеймс, и если ты вспомнишь, в каком положении я была, когда Дрю и Бойд видели меня в последний раз. на твоем судне, тебе все станет ясно.
Конечно, состояние духа в памятную свадебную ночь у Джеймса было не самым лучшим, чтобы держать в памяти все детали, однако он вспомнил, что привез ее на борт корабля с кляпом во рту, причем нес ее под мышкой.
Джеймс тихо, но весьма выразительно чертыхнулся.
Глава 44"
"— Проклятие, ты не должен так шутить! — разъяренно крикнула Джорджина. — Я должна по крайней мере взглянуть на них! Ведь они проделали весь этот путь…
— Мне наплевать на то, какой путь они проделали! — с не меньшей яростью огрызнулся Джеймс.
Вчера вечером у нее не было возможности вернуться к разговору о братьях, потому что она поднялась к себе сразу же, как только ушли старшие Мэлори. Она долго ждала прихода Джеймса, но, не дождавшись, заснула. А сейчас, утром, Джеймс наотрез отказался взять ее в порт или нанять для нее карету, как она просила, и в конце концов четко и определенно сказал, что она никогда не увидит своих братьев.
Взяв себя в руки, Джорджина попыталась привнести в спор какой-то элемент здравого смысла и спокойно спросила:
— Ты не можешь мне объяснить, почему занял такую позицию? Ведь ты должен понимать, что они приплыли сюда лишь для того, чтобы удостовериться, что со мной все в порядке!
— Черта с два! — рявкнул Джеймс, вольно или невольно не желая становиться здравомыслящим, рациональным или просто способным выслушать и воспринять сказанное.
