Мы лишь не знали, что было с тобой после того, как… как совсем недавно тебя видели на «Погроме». Я готова допустить, что ты мог колебаться в отношении того, ждет тебя невеста или нет. Но в таком случае было бы правильным выяснить это. Если ты не хотел приезжать, то мог бы написать. Сейчас связи между странами возобновились. В нашем порту всегда можно увидеть один-два английских корабля.
Она чувствовала, что излишне саркастична, но была не в силах совладать с собой. Подумать только, сколько еще лет могла она ждать этого человека, который вовсе не собирался возвращаться к ней! Она была уязвлена, не желала слушать его объяснений, а он не имел сил даже взглянуть на нее.
— Я написал тебе письмо.
Джорджина понимала, что это ложь, попытка успокоить ее уязвленное самолюбие, трусливый способ как-то выйти из неприятной ситуации. Малкольм не знал, что она давно поступилась гордостью, когда решилась купить его. Его извинения никак не способны поправить дело.
В ней не было гнева, она просто была страшно разочарована в нем.
Стало быть, он не был совершенным, не был внимательным или даже по-настоящему честным. Она загнала его в угол, и он пытался врать, щадя, как ему казалось, ее гордость. Но это вряд ли можно отнести к его достоинствам.
— По-видимому, Малкольм, твоему письму не суждено было дойти до меня. — Она слушала, как Малкольм засопел, и ей захотелось пнуть его ногой. — Должно быть, ты написал, что остался живым и здоровым после войны?
— Да.
— И что ты стал патриотом другой страны в отличие от меня?"
"— Да, именно.
— И с учетом этого ты освобождаешь меня от обязательств, которые накладывает помолвка.
— Ну, я…
— Или же ты выражал надежду, что все-таки соединишься со мной?
— Ну, я, конечно…
— И потом ты решил, что я не выйду за тебя замуж, когда не получил от меня ответа?
— Именно так. Джорджина вздохнула:
— Как жаль, что письмо не дошло. Потеряно столько времени.
— Что ты хочешь сказать?
— Чем ты так удивлен, Малкольм? Я все еще собираюсь за тебя замуж. Именно поэтому я здесь.
Но только не жди, что я буду жить в Англии, Этого я не сделаю даже ради тебя. Но ты можешь приезжать сюда сколько тебе угодно. Как капитан моего судна «Амфитрита» ты можешь торговать исключительно с Англией, если на то будет твое желание.
— Я… я… Господи, Джорджи… Я…
— Малкольм! — В дверях появилась молодая женщина. — Что же ты не говоришь мне, что у нас гости? — Повернувшись к Джорджине с приветливой улыбкой, она представилась: — Я Мэг Камерон, мадам.
