Миллионщик

Убить кабана вот так вот, выстрелом в голову спереди — большая удача. Круглая пуля легко может соскочить, срикошетировать с покатого черепа. А выстрел-то один…

Тут подбежали Орокан и Левицкий, привлеченные пальбой. Увидев огромного вепря, лежащего у моих ног, они замерли."

"— Батюшки! — выдохнул Левицкий. — Как ты его, Серж?

— Едва успел, — хрипло ответил я. — Чуть на клыки не насадил.

Орокан подошел к вепрю, с уважением посмотрел на его огромную тушу.

— Хороший кабан, дахаи! Сильный! Твоя удача большая сегодня! Тот подранок тоже я застрелил!

Вскоре вернулись и собаки.

Итог охоты был впечатляющим: одного кабана и подсвинка. Хоть мясца поедим.

Правда, одна из собак Орокана, молодая, немного пострадала — один из кабанов все же успел полоснуть ее клыком по боку. Рана была неглубокой, но кровоточила. Орокан тут же занялся ее лечением. Он промыл рану водой из ручья, затем чем-то помазал.

— Ничего, — сказал он, поглаживая скулящую собаку. — Заживет. Пихтовый смола — хороший!

Возвращались мы страшно довольные охотой, хоть и уставшие.

При этом собаки, столь усердно помогавшие нам, неожиданно оказались полезны и как тягловая сила. Орокан расстелил на снегу заранее заготовленную им большую, выделанную лосиную шкуру, положил на нее тушу кабана, того, что я подстрелил первым выстрелом. Затем он ловко зацепил шкуру самодельными постромками из сыромятной кожи, впряг в них своих собак, Амура и подраненную Тайгу, которая, несмотря на травму, тоже старалась изо всех сил, и погрузил на эту импровизированную волокушу кабанью тушу.

— Теперь собачка везти, мая помогать! — с самым довольным видом произнес он и тоже впрягся в одну из постромок, помогая собакам тащить тяжелый груз.

— Так вот почему мы раньше не охотились тут на кабанов! Это он снега ожидал! — догадался Левицкий, с удивлением глядя на это зрелище. — По снегу можно притащить тушу в стойбище без особых хлопот!

— Да и заморозить ее можно! — поддержал я его мысль. — На снегу мясо не испортится, а в стойбище его можно будет разделать и часть сразу заморозить на зиму.

Да, у этих «дикарей», как некоторые их называют, все очень хорошо продумано! Веками отработанная система выживания в тайге.

Левицкий хмыкнул.

— У них-то — да, а у нас — нет. Похоже, что «нашу» тушу, — он кивнул на вепря, убитого мной. — Придется волочить нам самим, и притом без всяких собак!

— Ничего. Своя ноша не тянет! — ответил я, хотя уже предчувствовал, какая это будет нелегкая работа.