На днях был такой случай: я, старая песочница Норбер и новоявленный Дон Кихот — Риваль сидим, понимаете ли, у него в кабинете, и вдруг входит наш управляющий Монтлен с известным всему Парижу сафьяновым портфелем под мышкой. Вальтер воззрился на него и спрашивает:» Что нового? «, Монтлен простодушно отвечает:» Я только что уплатил долг за бумагу»— шестнадцать тысяч франков «. Патрон подскочил на месте от ужаса.» Что вы сказали?»—» Я уплатил господину Прива «. —» Вы с ума сошли!»—» Почему?»—» Почему… почему… почему…»Вальтер снял очки, протер стекла, улыбнулся той плутоватой улыбкой, которая раздвигает его толстые щеки, когда он собирается сказать что-нибудь ядовитое или остроумное, и насмешливым, не допускающим возражений тоном сказал:» Почему? Потому что на этом деле мы могли получить скидку в четыре, а то и в пять тысяч франков «.
Монтлен удивился:» Да как же, господин Вальтер, ведь счета были в порядке, я их проверял, а вы принимали…»Тут патрон, на этот раз уже серьезно, заметил:» Нельзя быть таким простаком.
Запомните, господин Монтлен, что сперва надо накапливать долги, а потом заключать полюбовные сделки «. — Вскинув голову, Сен-Потен с видом знатока добавил: — Ну что? Разве это не Бальзак?
Дюруа хотя и не читал Бальзака, тем не менее уверенно подтвердил:
— Да, черт возьми!
Госпожу Вальтер репортер назвал жирной индюшкой, Норбера де Варена — старым неудачником, Риваля — бледной копией Фервака. Затем снова заговорил о Форестье.
— Этому просто повезло с женитьбой — только и всего.
— А что, в сущности, представляет собой его жена?
— О, это бестия, тонкая штучка! — потирая руки, ответил Сен-Поте, — Любовница мышиного жеребчика Водрека, графа де Водрека, — это он дал ей приданое и выдал замуж…
Дюруа вдруг ощутил озноб, какую-то нервную дрожь, ему хотелось выругать этого болтуна, закатить ему пощечину. Но он лишь остановил его вопросом:
— Сен-Потен-это ваша настоящая фамилия?
— Нет, меня зовут Тома, — с наивным видом ответил тот.
— Сен-Потеном1 меня окрестили в редакции.
— Сейчас, наверно, уже много времени, — заплатив за напитки, сказал Дюруа, — а ведь нам еще предстоит посетить двух важных особ.
Сен-Потен расхохотался."
"— Сразу видно, что вы человек неискушенный! Значит, вы полагаете, что я в самом деле пойду спрашивать у индуса и китайца, что они думают об Англии? Да я лучше их знаю, что они должны думать, чтобы угодить читателям» Французской жизни «.
