Мимолётный Альянс

– Рот на замке, слышали о таком? Я не знаю, что со мной сейчас, но ладонь поможет мне промолчать и не сказать, что у тебя потрясающие руки. Нет, правда. Они такие сильные. Я, конечно, много мужчин видела, но вы оба прямо как из журнала. Нет, не думай, что этим ты баллы наберёшь, просто эстетика для глаз. Наверное, любую девушку сможешь поднять и прижать…

– Мадемуазель, вы снова говорите вслух, – прочищая горло, сообщает Герман, и его щёки немного краснеют.

– Скажите то, что вы до этого говорили. Мычали, точнее.

– Ах да, камера, – чётко произношу. – В отеле должны быть камеры видеонаблюдения, на которых будут видны лица или хотя бы очертания преступников, как и то, что никаких разговоров я с ними не вела. Меня просто ограбили, и я жертва, а не шпионка.

– В том-то и дело, камер нет. У нас безопасная страна, и в этом раньше не было необходимости.

На этом мои аргументы бесследно исчезают.

– Что ж… тюрьму позволить я себе не могу, связаться с родиной не могу, консула и адвоката не будет, верить мне вы не хотите, слушаете всяких шлюшек…

– А что? Это мой последний день, могу говорить всё что вздумается, и это правда.

Она обработала всех вас, а вы, как придурки, слюнями захлёбываетесь. И раз уж так случилось, то вариантов у меня всё равно немного. В последней пуле мне тоже отказали. Можно мороженое? Нет, не хочу. Свежее бельё и душ? Да, как раз было бы кстати, а то от меня воняет. Как насчёт секса втроём? Гулять так гулять. Конечно, я не такая симпатичная, как Эльма, но попытка не пытка, верно? В аду вас жарить потом будут за то, что даже не захотели войти в моё положение. И я вас жарить буду жёстко, а потом сделаю вас самыми уродливыми людьми на планете, и вас никто и никогда не полюбит. Сделка?

С надеждой смотрю на мужчин. Кажется, пуля всё же найдётся.

Не мигая, Дерик смотрит на меня.

– Свободен, я сказал, – грозно повторяет Дерик.

– Нет… не бросай меня с ним. Он злой. Ты же рыцарь и должен был спасти меня. Чёрт.

Дверь хлопает за моей спиной, и я поворачиваюсь к Дерику.

– Я попала, да? – тихо спрашиваю его.

– Ты в полном дерьме, Реджина.

– О-о-о, пусть в дерьме, но хотя бы уже не безликая «мадемуазель». Спасибо, приятно. Итак, ты меня убьёшь? Это больно будет? Я ещё никогда не умирала. Инга вряд ли будет завидовать и…

– Реджина, соберись! – Дерик ударяет ладонью по столу, и я дёргаюсь.

– Я просто… нервничаю. Ты злой, большой, чёрный волк, и я не хочу, чтобы ты меня сожрал. Так понятнее? Я не болтлива.