Минус ангел

Подойдя к распростертому телу Малинина, Калашников вылил на него вазу, невесть как уцелевшую в битве, – причем вместе с находившимися в ней цветами. Фыркнув, Малинин приложил руку к заплывшему глазу и закашлялся.

– Ох ты блин… бип его бип…. биииииииип…

Второй его глаз, впрочем, сразу отыскал на полу труп Габриэля, уже покрывшегося сплошной паутиной из кровеносных сосудов.

– Готов? – деловито спросил казак.

– Ага, – подтвердил Калашников. – Надеюсь, тебе понравилось?

– Довольно масштабно, – охая, поднялся Малинин.

– Кабинет, наверное, неделю придется ремонтировать. Главное, что я жив остался, а не как в прошлый раз – и это, ваше благородие, меня сильно радует. Вообще, знаете, что я вам скажу? Надо было сразу дать Габриэльке по башке, как только он в кабинет вошел, а не разводить весь этот театр теней с силуэтами.

– Тогда бы у нас никаких доказательств не было, – отозвался Варфоломей, лежа на полу в прежней позе. – А теперь вот тут, – он похлопал себя по карману, – все и записано.

Голосу будет очень интересно послушать.

Малинин подошел к Варфоломею, заискивающе улыбаясь.

– Извини, брат, – смущенно сказал он. – Я поначалу тебя подозревал. И буквы в твоем имени совпали, и вообще поведение довольно подозрительное: девка-киллерша и вовсе твоя напарница по Содому. Оказывается, я его благородие неправильно понял, а он – меня. Я говорю: «Варфоломей», и на выход киваю: мол, брать тебя надо, а его благородие имел в виду, что нужно на базу ехать и помощи твоей просить.

Вон оно как загадочно вышло.

– Да ладно, прощаю, – великодушно махнул черной от копоти рукой Варфоломей. – С кем не бывает. У вас в России вечно не тех сажают, это национальная традиция. Я тоже сначала подумал, что вы лотоса обкурились, особенно когда твой напарник озвучил мне имя организатора всех убийств. Вызвали Сурена, он снова подтвердил, что таможенники его не обыскивали, отворачивались в сторону, когда он через Райские Врата проходил – никогда раньше такого не было.

Думаю, ладно, в конце концов, это тоже не доказательство. Но после того, как мы в архив съездили и с моим допуском пересмотрели все бумаги, касающиеся положения Габриэля в Небесной Канцелярии… а потом твой босс еще и записку Елевферия откопал… Даже я сообразил: чего-то тут не слава Голосу, не помешает перепроверить. Ребят вот только жалко, – он с сожалением посмотрел на то, что осталось от погибших ангелов. – Но такая уж у них служба.