Минус ангел

Хватая ртом воздух, Эстериан отказывался понимать, что умирает, – ангелы бессмертны, с ними этого не может случиться. В уголках глаз выступили капли крови, подобные красным слезам, он упал на пол, дергаясь в конвульсиях – хобот Ганеша продолжал давить, несмотря на то, что ангел раздирал его серую плоть ногтями. Тускнеющим взглядом шаря по стенам в предсмертной тоске, Эстериан до боли явственно увидел себя в зеркале на противоположной стене, лежащего на полу, – мокрого от пота, хрипящего, с выпученными глазами.

И телевизор с огромным экраном, нависающим над ним.

Последнее, что он успел заметить, – в телевизоре красовалась все та же девушка в стильно сшитом хитоне, державшая в руках листочки бумаги.

Никакого Ганеша, стягивающего его горло хоботом, в зеркале не было.

Глава двадцать восьмая

Малинин послюнил карандаш и, несмотря на онемевшие пальцы, быстро продолжил покрывать бумагу каракулями с лихими росчерками.

Габриэлька обеспокоился – граблями машет, как вехтилятыр: а куда ж, мол, тела ангелов исчезли? Но и его благородие тож не пальцем деланный, враз объяснил разными мудреными терминами: хучь ангелы и в человеческом облаке, но после смерти тел как бы лишаются и становятся снова бесплотными.

А ежели они бесплотны и к тому же мертвы, то поддерживать существование этой бесплотной материи в пространстве (эка загнул!) больше некому, так как нет больше жизненной силы. Вот они и исчезают.

Почесав за ухом, Малинин зачеркнул слово «исчезают» и написал его крупными заглавными буквами, после чего чуть отодвинулся, любуясь.

Малинин размял руки, подул на них, ощущая покалывание, и вновь приступил к выведению каракулей. Дневник, как водка, – затягивает.

Смотрю, Габриэлька никак от новости не отойдет – аж трясется, так его колбасит. И говорит: а есть идеи, кто мог это сделать? Его благородие эдак показательно вздохнул – достали, мол, этим вопросом – и терпеливо объясняет: нешто б я не поделился инфой, если б знал? Есть надежда, что секретное досье ясность внесет, кто против энтих ангелов имел зуб, а до энтого – треба запретить пребывание ангелов в Раю в человеческом обличье.

Запрещать Габриэлька отказался – дескать, полномочий таких не имеет, но обещал всех собрать и объявить об опасности, а там уж личный выбор каждого – подставляться под гриб или далее в бесплотности пребывать. Касательно мене, я даже не знаю, што бы выбрал: человеком как-то сподручнее – ежели ты привидение, то энто не жизнь, а мука сплошная.