Минус ангел

Пять дней как она в отпуске, и до сих пор ни с кем не познакомилась – вечерами читает книжку на кровати одна, как дура. И чего этот мужик с кудрявыми волосами и бородкой так ее испугался? Взял и слинял в номер, как будто она ему оргию предложила. Эх, определенно – нет в жизни счастья… Открыв мини-бар, Настя вытащила 50-граммовую бутылочку «Смирноффа» и привычно ахнула ее одним глотком. На глазах выступили слезы. А вот назло всем чертям оденется, пойдет на дискарь одна – и будет так зажигать, что народ офигеет. Натягивая шорты, Настя вспомнила разговор на балконе и вспыхнула румянцем.

Ё-моё. Да кто он такой? Кем этот тип себя возомнил, в конце концов? Богом, что ли?

Глава тридцать седьмая

Секретный кабинет главного архива Небесной Канцелярии был построен овальной формы. Стен как таковых не было видно – их заменяли прилепленные друг к другу, превосходно выполненные книжные шкафы из орехового дерева со множеством толстенных, прогибающихся под тяжестью полок: на каждой из них книги стояли в двенадцать рядов. Эти шкафы замыкались с двух сторон на некоем подобии гранитного алтаря с полированными греческими колоннами, где покоились огромные песочные часы цветного муранского стекла.

В центре архивного кабинета находился стол, вырубленный из цельной глыбы уральского малахита, поверхность его почти полностью была завалена архивными папками и древними книгами. Над одним из фолиантов ожесточенно спорили Калашников и Габриэль. Малинин тактично прохаживался возле алтаря, изо всех сил прислушиваясь к разговору.

– Но мы же условились… – взывал к его разуму растерянный Габриэль.

Отчаянно хлопая крыльями, он в полном расстройстве метался вокруг Алексея, словно курица вокруг цыпленка. Тот скрестил руки на груди в наполеоновской позе, смотря в пол, – не хватало только сюртука и треуголки.

– Мне плевать на условия, – упорствовал Калашников. – Голос вас уволит? Вот и отлично. Вашу шарашкину контору давно пора разогнать. Кто так работает? Сначала в вашем же кабинете нас пытались отравить, и это не заставило вас логически мыслить и принять меры предосторожности.

А ведь любому, кто прочитал хоть один примитивный детектив, ясно: убийца рано или поздно узнает, что в Раю находится близкий мне человек. И что теперь? Я получаю записку от Алевтины, из которой ясно, что ей угрожают, требуя, чтобы я прекратил расследование, иначе меня точно растворят в святой воде – и вторая попытка будет успешней, чем первая. «Рядом с ним круглосуточно находится наш человек» – вот что ей сказали.