Минус восемнадцать

– Ты думаешь, это Эльвин?

– Думаю? Это видно за версту. То же самое лицо. Посмотри сам.

Фабиан подошел ближе и стал разглядывать фото – он не был уверен до конца.

– О’кей, начнем? – Муландер бросил взгляд на свои наручные часы.

Фабиан провел его в спальню, в которой ничего не изменилось со вчерашнего дня, и открыл шкаф с женской одеждой и париками.

– Вау. – Муландер покачал головой. – Почти как шкаф моей жены. Хотя у него больше порядка, надо отдать ему должное.

– Ты думаешь, это может иметь отношение к его исчезновению? – Фабиан открыл соседний шкаф, в котором хранилась обычная одежда Эльвина.

Муландер пожал плечами.

– Честно говоря, даже не знаю, что и думать. Но если ты заглянешь вон в тот компьютер, я начну брать пробы.

– Ингвар, какой, по-твоему, у него может быть пароль?

Муландер, который запечатывал пакет с доказательствами – парой трусов – покачал головой.

– Почему именно Ханна?

– Хуго – Ханна, одно и то же. Ведь он же как-то называл себя, когда наряжался. – Муландер держал перед собой ярко-красное платье.

Объяснение оказалось вполне логичным, как только Фабиан просмотрел историю поисковых запросов в браузере. Поиски последних недель в основном касались коррекции пола. Там было все – от чисто информационных страниц до различных веб-форумов, где транссексуализм обсуждался со всех мыслимых точек зрения.

– Иди сюда. – Фабиан включил графическую анимацию, в которой подробно демонстрировалась операция по превращению мужчины в женщину.

Муландер посмотрел на анимационные картинки.

– Может быть, это странно, но я не особо удивлен.

Фабиан не знал, что ему сказать. Он никак не мог переварить мысль о том, что Эльвину нравится одеваться в женскую одежду. Тем более о том, что коллега всерьез собирается лечь под нож.

– А ты смотрел, что там? – Муландер кивнул на тяжелую вишневую портьеру, которая свисала с потолка и закрывала самую дальнюю часть стены в одном из углов.

Фабиан покачал головой и подошел к портьере. Он только сейчас обратил на нее внимание. Оказалось, что та состоит из двух частей, а за ней находится закрытая дверь.

Сладковатый затхлый запах уже подготовил его сознание к тому, что ему предстоит увидеть. И все же он был совершенно ошарашен представшим перед ним зрелищем.

Задернутые шторы, похоже, были из той же тяжелой вишневой ткани, что и портьера, и пропускали в комнату, по величине почти равную спальне, только несколько полосок света.