Мёртвое озеро

Если он когда-нибудь снова покажется мне на глаза, я всажу ему в голову весь магазин пистолета – так, что и опознать его будет сложно.

Я говорю именно то, что хочу сказать, и знаю, что у детектива есть инстинктивное чутье на правду. Ему это не нравится, но плевать я хотела на то, что ему нравится или не нравится: я сражаюсь за свою жизнь. За ту хрупкую безопасность, которую я сумела создать.

Престер ничего не говорит – просто изучает меня.

– Природа, – прямо отвечает Престер. – Воспитание. Повреждения мозга.

Черт, да у худших из них вообще нет никаких оправданий. – Он говорит «у них», а не «у вас». Я гадаю, замечает ли он это сам. – Почему бы вам не сказать, что сделало Мэлвина таким, ведь вы наблюдали его непосредственно?

– Понятия не имею, – искренне отвечаю я. – Его родители были милыми людьми. Я нечасто видела их, и они всегда казались ужасно уязвимыми. Ныне, оглядываясь назад, я думаю, что они боялись его. Я не сознавала этого до тех пор, пока они не умерли.

– Тогда что заставляет вас вот так разделывать девушек?

– Детектив, когда-то я вышла замуж за монстра и не была достаточно умна, чтобы вовремя распознать его.

Это все, в чем я виновата. Я не совершала этих преступлений.

Так мы ходим кругами примерно часа четыре. Я не прошу адвоката, хотя и думаю об этом. Но качество той юридической помощи, которую я могу получить здесь, в Нортоне, трудно назвать многообещающим. Нет, лучше я буду держаться за правду. При всем своем умении детектив Престер не может убедить меня солгать.

Это могло получиться у него в прежние дни, когда я была наивной и впечатлительной Джиной Ройял, но для меня это не первый допрос с повторами, и он об этом знает. У него нет ничего. Он просто получил анонимный звонок, обвиняющий меня, и это вполне мог сделать «тролль», узнавший мое настоящее имя, или кто-то, кому мой бывший муж заплатил за то, чтобы тот поднял бучу. И все же инстинкт подсказывает детективу верно… Это не случайность – то, что бедняжку убили таким знакомым способом и утопили труп в озере прямо у меня за домом.

Кто-то посылает мне сообщение.

Я питаю странную, тревожную, но неподдельную надежду на то, что так и есть, поскольку Мэла я, по крайней мере, знаю. Но у него есть помощник. Помощник, который согласен сделать именно то, чего требует Мэл. И не буду лгать, это пугает меня до глубины души. Я не хочу, чтобы следующей девушкой, чей труп будет найден в озере, оказалась Ланни. Или чтобы Коннор был убит в своей постели.