Мёртвое озеро

– Я вышла замуж за Мэлвина Ройяла потому, что он сделал мне предложение. Я не была особо красивой. И вряд ли была особо умной. Меня учили, что вся моя ценность в том, чтобы осчастливить какого-нибудь мужчину, став его милой женушкой и выносив его детей. Я идеально подходила ему. Невинная, замкнутая девственница, мечтавшая о рыцаре в сияющей броне, который явится, чтобы вечно любить и защищать ее.

Престер ничего не говорит. Он постукивает ручкой по своему блокноту, разглядывая меня.

– Да, несомненно, я была дурой.

Я решила стать для него идеальной женой, домохозяйкой, матерью его детей. Мэл хорошо зарабатывал, я родила ему двух чудесных детишек, мы были счастливой семьей. Все шло нормально. Я знаю, вы не можете в это поверить. Черт побери, я сама не могу поверить, что я так считала. Но мы много лет вели совершенно обычную жизнь: Рождество, дни рождения, родительские собрания, танцевальные репетиции, драмкружок и футбол – и никто ничего не подозревал. Такой у него талант, детектив. Мэл действительно настолько хорошо изображал человека, что даже я не заметила разницы.

Престер поднимает брови.

– Я думал, что вы будете защищаться, рассказывая о том, как он избивал вас и в итоге сломил. Разве это не расхожее объяснение?

– Может быть. И, может быть, большинство тех женщин, которые к нему прибегают, – действительно жертвы домашнего насилия. Но Мэл не был… – Я вспоминаю тот момент в спальне, когда его руки затянули мягкий шнур у меня на шее, когда я увидела холодную, хищную угрозу в его глазах и инстинктивно поняла, что с ним не всё в порядке.

 – Мэл – действительно монстр. Но это не значит, что он не умеет чертовски хорошо притворяться кем-то другим. Как вы думаете, каково это – знать, что ты спала с этим монстром? Знать, что ты оставляла с ним своих детей?

Молчание. На этот раз Престер его не нарушает.

– Когда я заглянула в тот разрушенный гараж и увидела правду, что-то изменилось. Я могла бы увидеть. Могла бы понять раньше. Оглядываясь в прошлое, я вижу намеки, какие-то мелкие несоответствия, бессмыслицы, но знаю, что в то время я никак не могла это увидеть – та, какой я была, когда верила ему.

 – Делаю еще глоток воды, и пластик громко хрустит, подобно пистолетному выстрелу. – После того, как меня оправдали, я заново создавала себя и защищала своих детей. Вы считаете, я когда-нибудь захочу снова иметь что-то общее с Мэлвином Ройялом, не говоря уже о том, чтобы что-то делать для него? Я ненавижу его. Я презираю его.