Мёртвое озеро

– В данный момент меня не волнует, что скажет она. Итак – прошло полчаса с того момента, когда офицер Клермонт в последний раз видела ваших детей, и минутой, когда вас видели идущей вверх по холму к тиру, в одиночку. Все верно?

– Вы думаете, что за полчаса я каким-то образом сумела убить своих детей, спрятать их тела, а потом пуститься в бега – и при этом на меня не попала ни одна капелька крови?

– Я этого не говорил.

– А вам и не нужно говорить! – Я сижу, подавшись вперед и упершись ладонями в колени, и смотрю на него пристально и яростно.

Я знаю, что мой взгляд, должно быть, сейчас похож на луч лазера, но Престер спокойно выдерживает его. – Я. Ни. За. Что. Не. Причиню. Вреда. Моим. Детям. – На этом слове мой голос срывается, взгляд затуманивается, но я не позволяю себе умолкнуть. – Я не Мэлвин Ройял. Я даже не Джина Ройял. Я – та, кем должна была быть, чтобы спасти моих детей от людей, желавших причинить им вред – и до сих пор желающих! Если вам нужны подозреваемые, я могу выдать вам свой архив. Может быть, для разнообразия вы найдете там что-нибудь полезное! – Я с радостью швырнула бы в него эти папки, эти гнусные картинки, эти стопки бумаги, полные смертельных, жестоких слов, написанных для того, чтобы убить мою надежду и покой. – Все это лежит в моем кабинете. И поговорите с Мэлвином. Он что-то знает об этом. Должен знать!

– Вы думаете, он выбрался из камеры смертников и каким-то образом сумел добраться до Стиллхауз-Лейк так, чтобы его не видела ни одна живая душа?

– Нет.

Я думаю, что у Мэла есть те, кому он мог это поручить. Насколько я знаю, у него все-таки был сообщник. Это пытались повесить на меня, но я этого не делала. Может быть, его настоящий сообщник…

Я умолкаю, потому что и сама слышу: я говорю так, словно схожу с ума. У Мэлвина Ройяла не было сообщника. Он не нуждался в таковом. Он был королем своего маленького частного королевства ужасов, и я не могу представить, чтобы он разделил его с кем-нибудь. Но последователи?.. Да. Он был бы рад обзавестись последователями.

Он считал себя харизматичным и влиятельным, словно лидер какого-нибудь культа. Он не мог пытать меня лично, но с радостью использовал бы кого-нибудь другого в качестве своей марионетки.

Однако Престер уже качает головой.

– Мы проверяли вашего бывшего. Он действительно на коротком поводке. Ни минуты компьютерного времени. Несколько книг в месяц, время на общение с адвокатом, письма – но они все заранее проверяются персоналом тюрьмы.