Мёртвое озеро

Если я не буду контролировать себя, если буду действовать на одних эмоциях, я проиграю.

А я должна переиграть этого маньяка.

Мы поворачиваем к Стиллхауз-Лейк. На озере сегодня ни одной лодки, почти во всех домах, мимо которых мы проезжаем, ярко горит свет, отгоняя темноту и монстров. На развилке у дома Йохансенов Грэм сворачивает влево. Мы проезжаем мимо их подъездной дорожки, и я вижу, как чета стоит на кухне с бокалами красного вина в руках и беседует между собой, расставляя на столе тарелки.

Уютная жизнь абсолютно чужих мне людей. Нездешняя картина нормальной жизни, которая исчезает в следующий миг.

Мы едем дальше. Я вижу справа дом Грэма. Он неподдельно сельский – обширный фермерский дом без претензий на элегантность, в отличие от «модерна» Йохансенов, сверкающего во все стороны острыми стеклянными гранями. Дом Грэмов достраивали несколько поколений, и это заметно по разным оттенкам кирпича.

Перед домом припаркован еще один внедорожник, пара горных велосипедов и квадроцикл.

На прицепе стоит средних размеров лодка, готовая к спуску на воду. Все необходимые принадлежности для мужчины, живущего в доме мечты у озера.

Мы проезжаем мимо его дома. Дорога становится неровной, машина подпрыгивает и чавкает колесами по грязи – гравийная отсыпка заканчивается. Я упустила свой шанс. Почему-то я думала, что он действительно остановится у своего дома, и я намеревалась выскочить из машины, спрятаться в темноте и пару раз пальнуть по огромным окнам Йохансенов.

Это определенно заставило бы их позвонить в 911 – даже если б они не впустили меня в дом.

Но Грэм не останавливается, и я продолжаю поворачивать оружейный кейс. Быстрее. Еще один ничего не выражающий взгляд на мои шевелящиеся пальцы.

– Я высадил Сэма у гребня вон той гряды, – говорит мне Грэм. Лжец. – Дорога доходит только дотуда, но дальше начинаются охотничьи тропы, ведущие в гору. Вы хотите встретиться с его отрядом, правильно? Тогда это единственный путь.

Извините за тряскую езду.

Я отлично понимаю, что этот человек играет со мной в игру. Голос у него теплый, негромкий и чуть-чуть довольный. В призрачном свете приборной панели я не могу разобрать точно, но думаю, что он слегка раскраснелся от своего успеха. Наслаждается этим, но пытается не показать. Это та часть игры, которая ему нравится: когда он уже обретает полную власть и контроль над жертвой, а та еще и не знает, насколько все плохо.