Мёртвое озеро

– Хватит, – резко говорю я, и, словно для того, чтобы подчеркнуть это, над головой раздаются три быстрых удара по дереву. Ланни вскрикивает, и я понимаю, что Кейд перешел работать на другую сторону крыши, и дети не видели его, когда заходили с парадного входа.

– Всё в порядке, – говорю я им, когда Коннор выскакивает из своей комнаты в панике, с широко распахнутыми глазами на побледневшем лице. – Это всего лишь мистер Кейд. Он на крыше, заменяет отлетевшую черепицу.

Ланни делает глубокий вдох, встряхивает головой и проходит мимо меня в свою комнату.

Коннор, напротив, моргает и переходит к совершенно иному настроению – заинтересованному.

– Круто. А можно я ему помогу?

Я обдумываю это. Обдумываю риск того, что мой сын свалится с края крыши или с лестницы… а затем сопоставляю это с жадным интересом в его глазах. С желанием побыть рядом со взрослым мужчиной, который может научить его настоящему мужскому делу – чего не могу я. Который может воплощать нечто иное, нежели боль, страх и ужас, символом чего стал теперь отец Коннора.

Умно ли это? Вероятно, нет. Но это правильно.

Я сглатываю все свои тревоги и заставляю себя улыбнуться и сказать:

Не буду лгать, следующие несколько часов я провожу снаружи, прибирая весь тот мусор, который Кейд и Коннор радостно сбрасывают вниз, и высматривая малейшие признаки того, что мой сын может потерять равновесие, забыться, пораниться – или что-нибудь еще похуже того.

Но с ним всё в порядке. Он ловок, хорошо сохраняет равновесие и отлично проводит время, пока Кейд обучает его искусству создания прочной кровли из перекрывающих друг друга черепиц.

Моя душа слегка оттаивает, видя искреннюю, широкую улыбку на лице Коннора и неподдельное удовольствие, которое он получает от работы. «Вот, – думаю я. – Этот день мой сын запомнит как хороший. Это одно из тех воспоминаний, которые могут указать ему дорогу к лучшей жизни».

Мне чуть-чуть горько, что я ни с кем не могу разделить это напрямую. Коннор не смотрит на меня с таким восхищением перед героизмом, и, я думаю, никогда не посмотрит.

Мы действительно любим друг друга, но настоящая любовь – вещь сложная и запутанная. А как может быть иначе – с нашим прошлым?

Ему легко общаться с Сэмом Кейдом, и я признательна за это. Я молчу и убираю мусор, и, когда жара становится для меня слишком сильной, работа уже в изрядной части сделана.

Мы ужинаем все вместе, сидя вокруг стола, хотя Кейд настойчиво объясняет, что он в целом не годится для того, чтобы составлять кому-то компанию.