Следом за ней идет футболка, и мой взгляд тут же перемещается на его мощный торс. Он такой гладкий и красивый, черт бы его побрал. По всем правилам мне следует отвернуться и не смотреть на Десмонда. Но вместо этого я пялюсь на его голую грудь с татуировкой какого-то греческого Бога (я не сильна в мифологии), на его кубики пресса, на косые мышцы живота. Они тянутся к краям джинс, и я чувствую, как мой пульс учащается.
Господи, Десмонд идеальный. Точнее его тело. Даже продольный шрам на ребрах с левой стороны совершенно не портит его облик.
Я напряженно сглатываю, когда жилистая рука Десмонда ложится на пряжку его ремня. Кровь в венах стремительно закипает, и я в спешке поднимаю взгляд на его лицо, сталкиваясь с ухмыляющимися глазами. Конечно, этот придурок заметил, какой эффект на меня произвел его неожиданный стриптиз.
— Ты… — сдавленно произношу я. — Тебе обязательно нужно раздеваться передо мной?
Десмонд пристально смотрит на меня, и его голубые глаза в полумраке трейлера кажутся ярче.
Не прерывая зрительного контакта, он приближается ко мне, и я пячусь от него, утыкаясь спиной в полки.
— Что ты делаешь?
Я собираюсь оттолкнуть его, но Десмонд протягивает руку над моей головой и берет с верхней полки экипировку.
— Мне нужно переодеться для пейнтбола, — объясняет он мне тоном, как будто я выжившая из ума идиотка. — А для этого сначала раздеваются, Кристиана.
В этот момент его бедра касаются моих, и я боюсь пошевелиться, чтобы Десмонд не ощутил мою дрожь.
Или трепет? Я не знаю точно, что это, но это чувство я ни с чем не спутаю. То чувство, когда между ног настолько сладко ноет, что приходиться с трудом сдерживать стон. И по нелепой иронии я испытываю его только рядом с Десмондом…
О, Боже!
При последнем воспоминании я сжимаю бедра вместе. Пульсация между ног усиливается, и мне хочется намного больше того, что Десмонд несколько часов назад делал со мною в машине.
«Кристи, он считает тебя шлюхой! И он растрепал всем о том, чем ты занималась в Портсмуте!» — кричит голос разума, за что я ему благодарна.
Мне гораздо проще контролировать себя, когда я злюсь на Десмонда. И я цепляюсь за эту эмоцию. Мысленно посылая его к черту, я с вызовом смотрю на него.
— Ты бы мог попросить меня выйти. Или мог выйти сам и дождаться, когда я переоденусь, — огрызаюсь я. — И только потом устраивать свой дурацкий стриптиз.
Десмонд отстраняется от меня, и я внутреннее напрягаюсь.
