И? Если не ошибаюсь, я должен сделать так, чтобы он смог? Подержать его или что?!
— Клуб — это ночное заведение…
— Да ладно! Спасибо, что напомнил, а то, как видишь, я приперся днем. Видимо, попутался.
— У него нет документов. Мы даже не знаем, совершеннолетний ли он. Любая проверка, и сам понимаешь.
— Действительно серьезный разговор, если дело только в этом, — смягчился Рой. — Я и сам уже думал на эту тему. Непростое предприятие.
— Если я смогу чем-то помочь…"
"— Посмотрим. Ладно. Мне его еще на массаж везти.
Поговорим позже. Обещаю подумать.
Уже в дверях Рой неуверенно оглянулся, словно хотел что-то сказать, но не решился.
— Его упорство… Короче, не нравится мне все это.
— Когда ты уже наконец поймешь: все, что он делает, он делает для тебя?
— Меня должно сожрать чувство вины?
— Позволь ему и помоги. Он из шкурки вон лезет, чтобы ты любил его. Неужели не ясно?! Неужели вновь и вновь мне придется тебе это объяснять?! Не могу понять, почему ты не позволяешь себе быть счастливым?!
— Это не для меня.
Скажем так, не заинтересован.
— Не заинтересован?! Почему?!
Рой ответил не сразу. Тень легла на его лицо, щеки чуть нервно подернулись, и на висках напряглись вены.
— Потому что когда он ушел… я понял, что не могу его потерять, но я не хочу быть к кому-то привязан.
— Тебе, пожалуй, стоило бы определиться.
— Чуть не умер в дверях! — воскликнул Рой, потягивая носом воздух. — По ходу, на обед что-то божественное.
— А, господин Маккена! — от неожиданности вздрогнула Ольга.
— Рой.
— Простите. Рой. Филе ягненка под белым соусом с травами, — голос женщины приобрел горделивые нотки.
— Неужели вы наконец научились готовить? — спросил Маккена, но так мягко, что у Ольги даже не получилось обидеться.
— Не здесь и не сейчас. Думаю, мне даже не стоит пытаться. Все равно для вас все будет препогано…
— Хорошо выглядите, — отметил Рой, сглаживая свое заявление.
— Не настолько, чтоб вам удалось это заметить.
— А вы ехидная штучка.
— Вам же нравится.
— Вам идет.
— Что?
— Перечная приправа. Придает облику дерзости. Обожаю дерзость.
Они улыбнулись друг другу. Первый раз. Тонкая, почти паутинная нить связи протянулась между ними, смущенно поблескивая новизной. Мысль о том, что взрослое женское начало не повредит Энди, промелькнула в голове Маккены, и он даже успел согласиться с ней. Ольга была уютная. В меру жесткая, в меру мягкая. Не большая, не маленькая. Какого-то оптимального размера. И без возраста. Абсолютно.
