Дисплей высветил имя Стива.
— О! А вот и он! Что ж! Он всегда вовремя! Удивительно даже!
Маккена схватил трубку и швырнул в парня.
— Твой любовник! Не ответишь?! И смотри, если не хочешь, чтобы я убил и его, спокойно скажешь, что мы скоро приедем.
— Да, — Энди собрал все силы, которые еще можно было собрать. – А, Стив, привет! Ничего с голосом. Подавился. Думал, задохнусь и умру. Рой? Приехал. Он в душе. Да. Все нормально. Скоро будем. Ага. До встречи. Он, кстати, тебе подарок привез. Нет, не видел. Сейчас уже едем.
Приготовь мне «Жемчужный водопад». Пожалуйста.
Рука парня дрожала. Он с трудом отключил телефон.
— Жемчужный водопад, говоришь? Сейчас я напою тебя сполна! До конца своих дней не забудешь! Искупаешься вдоволь!
Маккена вновь схватил его, потянул вверх. Затрещала ткань. Алые пятна окрасили манжет. Рой походил на растревоженного зверя. Запах крови. Он почти сводил его с ума. Он шипел, обдавая Энди брызгами слюней. Тряс, то приближаясь лицом вплотную, то вновь отстраняясь. Парень не различал слов.
Было больно. Холодная хватка обжигала. Энди хотел кричать, но не мог выдавить ни звука. Рой заводился все больше. Смесь наркотиков и алкоголя кипела. Миг просветления, и мальчишка с силой пихнул его в грудь. Тот не удержался, валясь на спину. По цепной реакции полетели софиты, камеры, стойки. Затрещали спицы в зонтах. Эхо падающей аппаратуры покатилось волной, и после наступила тишина. На мгновение. Опрокинулась и впиталась.
— Рой! — Энди бросился к Маккене.
Он что-то кричал, стараясь поднять Роя, а тот лишь молча смотрел обезумевшими, остекленевшими глазами.
Тело казалось каменным. В его груди зарождался хриплый стон. Он поднимался к горлу, набирая силу рева.
— Я оплачу, Рой! — закричал Энди. — Я заработаю! Все до цента!
— Моя аппаратура! Вся моя жизнь! Работа! Ты разбил это! Все, что я так любил!
Он растерянно обернулся. Энди никогда не видел такого его лица. Это все равно, что выжить под горным обвалом, когда в первые минуты не можешь осознать, что тебя спасли мгновения и миллиметры.
— Верну все, — прошептал парень. Тихо. Едва шевеля губами. — Я буду работать день и ночь. Я…
Но Рой уже не слышал. Волна бешеного гнева нарастала в нем, и он превращался в лавину сорвавшихся камней. Вторую. Которую тянет осевшее эхо. Сквозь рев и грохот Энди различал лишь отдельные всплески слов. Что-то про жизнь. Что-то про смерть. Угрозы. Лавина Роя накрыла его, поволокла к лестнице, беспощадно перемалывая.
