Врачи выявили у Энди самые худшие симптомы нервного потрясения. Процесс вошел в глубинную стадию и требовал незамедлительных и кардинальных мер, чтобы не перерасти в категорию расстройства уже психического. Состояние парня усугублялось отслоением сетчатки и воспалением на одном глазу. Потеря зрения рисковала стать необратимой, если в срочном порядке не произвести надлежащую операцию. О восстановлении полноценного зрения речь уже не шла, и оставалось только надеяться, что он сможет хоть как-то видеть.
Парень выслушал приговор спокойно, и Шон понял, что он не собирается никак реагировать.
Казалось, ему было действительно все равно. Отношения между Роем, Стивом и Энди приобрели вид перекошенного треугольника. Рой нервничал, Стив думал, а Энди не делал ничего. Парень начал делать только тогда, когда Шон заговорил с ним об операции. Он просто взял и отказался. Его не волновали здравые доводы, а волновало только одно — у него нет на это денег. Он вбил на этом месте кол, приковал себя цепями и каждый раз начинал скалиться, когда кто-то пытался подойти ближе.
Сознание Роя разделилось. Он начал видеть все частями. Жизнь превратилась в куски, каждый из которых проступал в сознании очень явственно. Энди тоже подвергся этому разделению, и Маккена испугался. Он вдруг ясно, как никогда, увидел сломанные ребра, синяки, страдание тела с пленок Дава, немой крик, разрывающий гортань, разбитые губы и покалеченный глаз. Теперь Маккена отдельно видел руки парня, волосы, разглядывал движение мышц.
Перед ним проступал огромный мир, заключенный в тонкую оболочку кожи. Самый загадочный и притягательный во вселенной. Желанный, далекий, разбитый. Мир, который без него. Рой начал чувствовать это собственным телом. Сколько боли, сколько мук. Это все до последнего микрона чувствительности вложено, вбито, вклеено в одного человека, которому… Которому уже все равно. Это тот предел, когда большее не имеет значения, и уже все равно, что еще предстоит испытать. Рой тонул в алкоголе, Стив нервничал, а Энди продолжал не делать ничего.
Время съедало само себя. Пережевывало и глотало. Позади уговоры, операция, капельницы, и парень вновь может попытаться видеть, только он не видит, потому что не верит. Он ничего не чувствует и, наверное, его можно пытать. Он все равно ничего не заметит. Прогнозы врачей осторожны, слишком неустойчиво состояние организма. Нужен отдых, покой, и тогда… Тогда только можно надеяться, что… может быть. Энди думал.
