Он продолжал сидеть за столом, бесполезно разминая пальцами уже не первую сигарету. Стив обошел стол, наклонился, опершись кулаками о столешницу.
— Ну что? — начал он, когда Рой наконец поднял на него глаза.
— Не надо. Не трать слова понапрасну. Я согласен со всем, что ты скажешь.
— Не хочешь мне ничего объяснить?
— Нет.
— Что ж. Тогда у меня к тебе один единственный вопрос, потому что после того, что он претерпел и сделал для тебя, именно этого я и не могу понять. Как ты смог от него отказаться?
— Хоть ты и не поверишь, я не смог.
Я люблю его больше всех на свете, больше этого самого гребанного света. Все, что я смог — это лишь помочь ему отказаться от меня.
Стив молчал, глядя Рою в глаза, и видел в них тонны текста того, что сейчас чувствовал Маккена.
— Воистину, — обреченно произнес Шон, — чтобы умереть, надо убить того, кто тебе дороже всего.
(1) Первые слова режиссера Рассела Малкэхи, когда он прилетел на съемки сериала «Queer as folk».
(2) Фраза исполнительного продюсера сериала «Queer as folk» Дэниэля Липмана, как первое впечатление от встречи с исполнителем главной роли Г.
М. Харолдом. (П. Рудитис «Queer as folk» the book).
(3) Если ты видишь полет ангела, помаши ему на прощание (англ.). Kelly Family «Angels flying».
(4) Я ошибся, она была права — ты ангел (англ.). Kelly Family «Angels flying».
Часть 5. WHAT IS IT ABOUT YOU?
3. 5. WHAT IS IT ABOUT YOU? (О чем это вы?)
Сноу. Как кость в горле. Как шип в стуле. Как лопнувшая пружина в матрасе. Словно только что из постели, в молочно-голубой рубашке навыпуск, светлых джинсах, кроссовках.
Лицо скрыто чуть затемненными очками и несколькодневной небритостью. Он элегантен, немного небрежен и… нет, он довольно небрежен, до одури элегантен и раздражающ. Мог ли кто-то лучше сыграть эту роль? Рой гонит от себя мысли, потому что… он вынужден это признать — не мог. Это — как в морге. Кто-то раздел тебя, разобрал, покопался внутри и вновь вернул все на место. Только после этого стало как-то неудобно.
Ты перед ним такой, как есть. Голый. И он это знает. Сейчас Сноу сделал то же самое, только проник гораздо глубже, чем мог ожидать Маккена. Джим обследовал каждый его орган, каждую связку костей, каждую луковицу волос. Он даже взглянул на мир изнутри Роя, его же глазами. Энди… Черт возьми!
— Должно быть, — начинает Маккена, когда что-то горячее и липкое переливается через внутренний край, — он должен неплохо выглядеть, стоя на коленях?"
"— Должно быть.
