Он был горд тем, что кто-то так же, как и он не побоялся сказать то, что думает. Все-таки интересная штука – провидение. Как оно работает – непонятно, но оно свело Энди и Бернарду, и в соединение своем они оказались тем магнитом, который притянул к ним и всех остальных. То маленькое интервью, которое парень дал журналистке, оказалось зерном, упавшим в благодатную почву. Видимо, флюиды и афродизиаки Энди настолько поглотили женщину, что… В общем, ничто не предвещало ничего. Они просто сидели в кафе, и Бернарда записывала в блокнот ответы Энди.
А потом, когда наброски были сделаны, и кофе закончился, Бернарда почти решилась задать ему вопрос, который, как выяснилось, интересовал всех. По сто первому разу. Ну, и ее в том числе. Ориентация. На этом месте будет прилично удивиться, но, нет. Как же без нее? Без ориентации. Парень, ничуть не смущаясь, ответил: «Да». Почему это так волнует всех? Неужели понятие любви столь ограничено, что вызывает недоумение? Вот если бы эта тема так старательно не раскручивалась, люди перестали бы воспринимать ее так болезненно.
Ненужными стали бы парады, демонстрации и тому подобные вещи. Они бы просто потеряли смысл, но никто не решается объяснить это людям. А дальше Энди сказал фразу, которая плотно застряла поперек сознания Лави′ны. «Телевидение упадет в обморок, предложи ему кто-нибудь подобный сюжет. Люди боятся, а страх порождает невежество. Толпа, шагающая в ногу ровной колонной, и надо обладать мужеством, чтобы сделать шаг в сторону».
- Как вы решились на… ну… скажем так…
- Видите, - улыбнулся Энди.
– Вы не можете даже произнести это вслух. Мне проще. Я не иду в этой колонне, просто потому что не хочу. Вы ведь журналист, во всяком случае, считаете себя таковым. Насколько я понимаю, смысл подобного занятия - это вскрывать фурункулы, так давно назревавшие в обществе. Да, последует грязь, но потом всем станет легче. Хотите, я вам помогу и произнесу для вас то, что вы не смогли?
Энди улыбнулся.
- Вы хотели спросить, как я решился любить его? Я отвечу.
Я не выбирал. Я всегда его любил.
- Вы – смелый человек, Энди.
- Отнюдь. Я обычный человек. Такой же, как и вы, - а потом замолчал и улыбнулся, и госпожа Лави′на поняла, насколько он свободен. – Не обижайтесь, но ваша статья для девочек-фанаток. Она вряд ли изменит мир. Стоит ли мучиться? Может, выбрать другое занятие?
Бернарда думала. Слова Энди не шли из головы. Она злилась, а это отличный признак. Наступил момент, когда она поняла, что почти осязала их.
