Построил мечеть – садака. Приютил больного – садака. Выучил бездомного отрока – садака! И так далее. Мы знаем, что доброе дело не пропадет впустую. И награда Небес за него будет непременно. Другое дело, что мы часто не можем понять воли Аллаха, и воспринимаем нечто, как разумеющееся. А это не так. Награда не только в том, что ты, совершив хорошее, нашел за это слиток золота. Нет. Ты ведь можешь и не понять – где Бог тебя поддержал. Не поехал по дороге, где сидят разбойники, излечился от хвори, вырастил достойных сыновей, благополучно родила жена, верный конь не захромал в пути… Все это может быть милостью, ниспосланной тебе на награду.
А может и не быть. Но знай – награда будет. Ее не надо лишь искать, торгуясь в Создателем. Ибо это действительно нелепо. Потому, я, и мои собратья, от лица коих говорю, признаем: Люди, отрицающие нужность, угодность Богу и важность доброго дела, не славящие Бога совершением добра, несущие это богопротивное учение дальше – есть слуги Извечного Врага! Любовь, и сострадание, соучастие, были сотворены вместе с этим миром.
И отрицание этого – есть отрицание воли Творца. И попытка бороться с ней, прикрываясь подлыми уловками софизма. О чем мы доложим нашему господину, и всем, кто имеет в Исламе уважение, кто ведет за собой люд. Я сказал. А что решит Собор – не знаю. Но верю, что Люди Книги, примут верное решение…
С чем аятолла и завершил свою речь. На греческом языке, каковым в зале владели все. Откланялся и вернулся на свое место в составе шиитской делегации.
Но он был далеко не последний в плеяде выступающих.
Имели что сказать и богословы суннитов, и уважаемые раввины. Но они выступали уже следом, из-за чего выглядели как мателоты, идущими за головным линкором.
Православные и католики так жестко, конечно, не обличали протестантов. Да, определенная системная критика имелась. Однако они осторожничали, стараясь оставить определенные лазейки для маневра. Прежде всего себе, дабы в будущем, при необходимости, находить рабочие контакты с протестантами.
А тут такой разворот. Повышение ставок, вынуждающее и христиан откорректировать свою позицию.
Андрей лично не присутствовал на этом соборе, разве что на открытии. И демонстративно не вмешивался в его работу, исключая организационные моменты. Но его люди очень подробно, слово в слово, фиксировали выступления каждого делегата. И даже выкрики с места, буде они случатся. На всякий случай. Чтобы потом подбить все в один кодекс и запустить его в тираж в самые сжатые сроки.
