РАССКАЗЫВАЕТ КОЛЬКА КОРНИЛОВВой над ухом прекратился, и я увидел, что мы с Николаем сидим в машине, но уже не в парке, а на институтской территории. И отец тут же стоит, и еще какие-то люди вокруг площадки, и среди них Валька! И все они сразу к нам бросились. Молодец Валька, он, значит, все время меня здесь дожидался! Пока они к нам бежали, Николай вылез из машины и меня вытащил. Тут подбежал отец. И я вижу — глаза у него какие-то странные и смотрит он не на меня почему-то, а на Николая и сразу спрашивает его:
— Кто вы такой?
Чего это он спрашивает? Ведь они сами его посылали! Но я ничего не успел сообразить — вдруг что-то громко хлопнуло, и прямо рядом с нашей машиной появилась другая, точно такая же.
А в ней сидит парень в белой рубашке, а на коленях у него мальчик, чуть постарше меня... Неужели у них еще кто-то в хронолете летал, да еще с мальчиком?!
Почему-то все кругом замолчали, как будто растерялись, только этот парень в белой рубашке не растерялся, вылез из машины, мальчика поставил рядом с собой и говорит:
— Ну, вот и порядок! Вот и мы! Привез вам беглеца вашего! В будущий год он, оказывается, подался, в тридцатое июня семьдесят первого года.
.. А я уж его и в семьдесят втором, и в следующих искал, все тридцатые июня на десять лет вперед обшарил...
Тут вдруг он увидел нас с Николаем, и у него даже рот открылся. И все тоже стали вовсю на нас смотреть — то на меня, то на другого мальчика.
А отец подошел к тому мальчику и спрашивает совсем тихо, я еле услышал:
— Тебя как зовут?
И вдруг тот мальчик закричал:
— Папа, да ты что?! Я же Колька!!
У меня по спине мурашки побежали. Какой еще Колька? Почему он его папой называет, это же мой отец! Я изо всех сил закричал:
— Ты его не слушай, папа! Это я твою машину взял, только я нечаянно... Я хотел Вальке винт показать, а она меня унесла!
— Где ж ты был? — спросил отец.
— Я... в 1980 год попал, — сказал я.
— А потом понял, куда меня занесло, и хотел обратно полететь, а тут он вот...
Я показал на Николая. Он все время стоял молча и на отца как-то странно глядел.
И тут вдруг один толстый дядька, который сзади отца стоял, как захохочет! И другие все засмеялись за ним, чего-то закричали наперебой, только мы четверо стояли серьезные, и еще отец с Валькой. Валька так на нас таращился, что я испугался, как бы у него глаза совсем не вылезли.
