Миротворец

Город защищал отряд вдвое меньший – всего-то три с половиной тысячи дружинников. Правда, многие горожане также взяли в руки оружие, увеличив количество обороняющихся втрое. Но город подождёт.

Я махнул рукой и мы вчетвером – я, Яг, Торре и Рузер скользнули к одной из стен. Шиб и Здик, светившиеся в темноте как звёздочки, тут могли демаскировать, потому я их оставил в лагере. Каждый из нас нёс по пять тяжеленых мин. Могли бы доверить солдатам, но я посчитал, что здесь важна сопричастность. Дело чести, так сказать.

Мины пришлось закладывать недалеко от угла стены – возле ворот стояли магические светильники, и подобраться незаметно было невозможно. Я надеялся, что заряда хватит для приличной бреши в самой стене. Тем более, доработанные мною мины были практически кумулятивными – с направленным взрывом. После того, как мы уложили магические артефакты, я ещё раз всё проверил, и махнул рукой, приказывая отойти. В это время первая сотня, сомкнув щиты, подошла уже на расстояние около ста метров. Мы взяли щиты, и стали в первую шеренгу. Я активировал заряды, и радостно увидел, как кусок стены метров в тридцать просто снесло внутрь герцогской крепости.

– Шаго-о-о-ом! Арш! – скомандовал я, и наша сотня двинулась вперёд.

В замке началось нечто невообразимое. Правда, там пока не могли понять, что случилось, зато осветили огромный двор замка магическими светильниками, и когда наши шеренги стали проходить в проём, на нас кинулись около полутысячи воинов. Но первый же залп из тридцати гранат разметал вражеских воинов по брусчатке.

Первый ряд стал на колено, уперев в землю копья. А второй и третий стали прицельно бить из арбалетов.

Выбегавшие из казарм и донжона герцогские воины попадали под взрывы гранат и арбалетные болты. Многие умирали, даже не успев понять, что произошло. Но всё же, нашёлся кто-то толковый, за донжоном сумел организовать конные отряд мечей в пятьсот, и тот выметнулся на нас, грозя растоптать и опрокинуть! Свою ошибку наивные торнийские парни поняли сразу, как только в них прилетело пять десятков арбалетных болтов, а под ногами коней жахнуло полтора десятка гранат.

Тем не менее, половина кавалеристов смогла проскочить, но лишь для того, чтобы напороться на настоящую македонскую фалангу из копий. Месиво из людей и лошадей было для легионеров уже привычным. И они деловито рубили через щиты упавших врагов. Бой во дворе замка длился, наверное, всего несколько минут, но брусчатка уже вся была завалена вражескими телами.