Миротворец

Если бы Каратель захотел сделать карьеру в воровском мире, подумалось вдруг Лесовозу, он стал бы не менее велик.

– Торговаться? – переспросил Лесовоз, успокаивая дыхание, – Нет, не будем. Может, тебе это покажется странным, но даже у воров есть честь. А я дал слово…

– Королю Казиусу, – всё так же беспечно улыбаясь, кивнул головой герцог. И Лесовоз опять вздрогнул, пусть и мысленно. Казалось, это сам Меррал во плоти, знающий все мысли и чувства.

– Тебе эта информация уже не поможет, – постарался улыбнуться и Лесовоз.

 – Живым ты отсюда не выберешься. Вопрос лишь в том, сколько моих людей заберёшь на тот свет.

Герцог беспечно пожал плечами, и лениво ответил:

– Как всегда – убью всех.

От спокойного тона Карателя Лесовоз поёжился. И вдруг понял, что глаза у молодого герцога совсем не улыбаются. И в этих глазах действительно стояла смерть. Но бандит опять погнал от себя пораженческие мысли, напомнив себе, что за его спиной две с половиной тысячи отборных головорезов.

– Ты слишком самонадеян для загнанного в угол беглеца, – пытаясь добавить ехидства в голос, сказал повелитель воровского мира.

– Я? – спросил герцог, и вдруг звонко захохотал, отчего и Сиплый и Пятно ощутимо вздрогнули. Отсмеявшись, Каратель скучающим голосом ответил Лесовозу: – Я потому и жив до сих пор, что никогда не был самонадеянным. Но у меня к тебе остаётся один вопрос. Если ты не собираешься торговаться, то зачем пришёл ко мне?

– Хотел посмотреть на легендарного Карателя, – честно признался хозяин ночного мира Тэнебери.

 – Узнать, может у тебя есть последнее желание. Не каждый день убиваешь столь известную личность.

Герцог понятливо покивал, и ответил:

– Тогда у меня к тебе предложение. Я возвращаюсь домой с большим прибытком, потому очень добр. Не знаю, что тебе обещал Казиус, но если ты уведёшь своих людей, я оставлю тебе и им жизнь. Поверь, это великодушное предложение!

Теперь уже захохотал Лесовоз, думая, что парень этот действительно невероятно нагл. И, может, эта наглость и помогала с другими, но Лесовоз и сам по наглости кого угодно переплюнет.

Всё так же улыбаясь, герцог смотрел на хохочущего бандита.

– Так понимаю, что это отказ, – пожал плечами Белогор, и вдруг рявкнул: Корпус!

И из-за холма вдруг появились сотни дружинников со щитами. Прогремел возглас «пли», и хохот Лесовоза сменился бульканьем из перебитого стрелой горла…

Я проснулся в своём замке рано утром от ласкового солнышка и сладко потянулся. Слева посапывала Эльза. Справа – Айя.