Уже сейчас мы оба лежали бы без сил и без пары сотен калорий.
— Не робей! — Леха сам положил мои онемевшие пальцы на чашки бюстгальтера и помог стянуть их вниз. — Да. Ты охуенная.
Взгляд опалил соски, и между ног словно что-то прострелило.
— Хорошая девочка, послушная. — Мужские пальцы зарылись в моих волосах. — А теперь засунь пальчики к себе в трусы и потрогай мои любимые складочки.
Все еще затянутый в ткань пах коснулся одной щеки, ласково, гладя. Потом другой.
— Может, ты сам… — Музыка, как и мое, терпение закончилась.
"
"— В заказе значился только на стриптиз, — паршивец еще как-то умудрялся шутить.
— К черту заказ!
Между ног было уже больно. Собственная безумная затея обернулась пыткой. Кому-то следовало поставить точку.
— Уверена? — раздалось совсем глухо.
Не дожидаясь очередного вопроса, я сама потянула вниз боксеры и откинулась на матрас.
— Только посмей мне отказать, — ловко избавилась от собственного белья.
Глава 26. После бала
Ваша мечта исполнена!
Но это не точно.
Поля«За все в жизни нужно платить!» — хорошее правило, только действовало оно почему-то лишь в отношении хорошего.
За плохое никто особо не расплачивался. Складывалось впечатление, что байки про бумеранг были придуманы исключительно для того, чтобы пугать детей.
Сегодня правило оплаты сработало на мне качественно. Утром все было более-менее: между ног привычно ныла трудовая мозоль, в животе парил рой бабочек, в голове, как в старой доброй песне Добрынина, синий туман был похож на обман.
В общем — ничего особенного.
Но вот стоило расстаться с Лехой, доковылять до своей школы…
И кто придумал эти летние факультативы? Зачем вообще подписалась на эту подработку? Вчера я чуть не прибила Леху за то, что «отпросил» меня с курсов, а сегодня готова была умолять, чтобы «отпросил» еще и со второй работы.
И урока не прошло, как я стала разваливаться. Будто во время магнитной бури, начала болеть голова, а к окончанию второго занятия желудок принялся проситься наружу. Гадкое состояние. Уже и не помнила, когда последний раз было так хреново.
От запаха кофе меня чуть не вырвало на завуча. А от аромата мятной жевательной резинки физрука — сложило пополам прямо на площадке перед школой. Чудо, что никто не пострадал!
Домой я вернулась зеленой, словно подружка Шрэка. Во всяком случае, именно она отразилась в зеркале. Но лучше мне в родных стенах не стало. Наоборот! Желудок урчанием и бульканьем вопил, что с ним беда. А внутренний голос шептал: «Обними же унитаз, да поскорее».
