Мистер Морг

— Да, — сказал Мэтью и услышал возвращающийся к нему собственный голос; даже сейчас в этом было что-то жуткое. — Не смирился.

Грейтхаус содрогнулся. Потом глубоко, страшно вздохнул.

— Сил больше нет, — сказал он. — Ни… черта. От меня не осталось.

И, поняв, что он не всесилен в мире, полном невыносимой жестокости, Грейтхаус, здоровяк, костолом, мастер фехтования, учитель, друг и баптист, бесшумно ушел под воду.

Часть третья. Время для англичанина останавливается

Мэтью ухватился за плащ Грейтхауса и не отпускал.

Ногами он пытался нащупать на стенке колодца сзади и ниже какой-нибудь выступ, хоть на полдюйма, чтобы опереться, но всякий раз оскальзывался на чем-то вроде мха. Тем не менее он сумел подтянуть Грейтхауса, так что его лицо поднялось над поверхностью воды.

— Может, оно и так, — сказал Мэтью, отвечая на последнее замечание товарища, — но от меня пока еще кое-что осталось.

— Да… неужели? — ответил Грейтхаус и разразился кашлем; брызги крови полетели в лицо Мэтью.

— Снимите плащ. Он тянет вас вниз.

Голова Грейтхауса снова стала уходить под воду. Когда вода уже была у самых ноздрей, Мэтью схватил его за волосы и дернул вверх.

— Выше голову! — Мэтью понял, как глупо это прозвучало, но пусть. — Попробуйте нащупать сзади место, чтобы упереться ногами.

— Не все… сразу. Черт подери. Гад… — Он встряхнул головой, не в состоянии закончить мысль.

Мэтью чувствовал, что Грейтхаус все же двигает ногами под водой: несмотря на боль и шок, он боролся за жизнь — да так усердно, что локтем, выскочившим из воды, ударил Мэтью в челюсть, чем чуть не положил конец борьбе того за выживание.

Когда искры в глазах наконец рассеялись, Мэтью услышал, как Грейтхаус говорит:

— Вот, кажется. Правый каблук… вклинил.

На это Мэтью и рассчитывал. Он принялся стаскивать с Грейтхауса плащ и, стащив, отбросил в сторону. Было тесно. Веревка плавала вокруг них, словно свившаяся кольцами змея. Мэтью освободился и от своего плаща — для этого пришлось сначала упасть в холодные объятия колодезной воды.

Затем пришла очередь сюртука бордового цвета — сюртук тоже мешал; а вот жилет Мэтью оставил — хотя бы для того, чтобы не замерзнуть. И тут он понял, что его тянут вниз сапоги. Новенькие, черт возьми, совсем недавно доставленные сапоги. Ему стало до слез обидно. Как это несправедливо — купить новые сапоги и выбросить их в мрачный колодец в какой-то глуши!

«Спокойно!» — сказал он себе. То, что сначала ощущалось как обида, стало перерастать в панику.