Мистер Морг

Ногами вперед он ушел под воду, сложил ладони ковшиком и погреб вниз. Глаза можно было вообще не открывать: так было черно. Он ощупывал пространство вокруг себя, слева и справа, двигая также ногами, и уходил все глубже. Вдруг его обтянутые чулками ступни коснулись каких-то камней. Он стал лихорадочно искать: легкие судорожно требовали воздуха. Он боялся, что не сможет всплыть и что у него не хватит сил повторить спуск на дно.

Левый локоть на что-то наткнулся. Повернувшись в ту сторону, Мэтью нащупал стенку, пробежал по ней пальцами и нашел лопату — она упала железной кромкой вниз и стояла, будто ожидая, когда ее возьмет могильщик.

Но Мэтью надеялся, что сейчас она как раз поможет отсрочить их похороны.

Он схватил лопату, оттолкнулся от дна и стал быстро подниматься к поверхности.

Вынырнув и ловя ртом воздух, он стряхнул с лица воду и увидел, что Грейтхаус висит уже только на одной руке. В этом отчаянном положении чувства и мыслительные способности Мэтью обострились — можно сказать, оголились, — и он точно знал, что сейчас нужно найти.

В нескольких дюймах над уровнем воды он заметил между камнями подходящую расщелину и, занеся лопату над головой, воткнул ее железной кромкой в это узкое пространство. Потом резко дернул черенок вниз, и лопата, длина которой была больше диаметра колодца, успешно втиснулась между стенками. Он ухватил ее обеими руками посередине, чтобы проверить на прочность, — держится надежно. Теперь Грейтхаусу было за что уцепиться — если удастся заставить его еще немного побороться за свою жизнь.

Мэтью взял Грейтхауса за свободную руку и подвел ее к лопате, которую тот, к его удовлетворению, стиснул пальцами. Только бы черенок под весом Грейтхауса не треснул посередине и не сместился, но тут уж — или полковник, или покойник. Мэтью сказал, как ребенку:

— Ну-ка, ну-ка, вот так! — И Грейтхаус позволил Мэтью подвести другую свою руку к импровизированному «якорю».

Лопата не сдвинулась и не переломилась пополам. Грейтхаус висел на ней, подняв лицо к свету.

Но это была всего лишь временная победа. Мэтью взял плававшую рядом веревку. Наполнившееся водой ведро ушло под воду, но деревянный вал, толщиной с небольшое бревно и длиной около трех футов, покачивался на поверхности. Мэтью сразу же отказался от идеи отвязать веревку от вала: узел был запечатан смолой.