Мистер Морг

Потом мальчик, спотыкаясь, истекая кровью, в полубессознательном состоянии вышел на крыльцо, и та часть сознания, которая еще бодрствовала, кричала ему: «Беги, спрячься в лесу!» — ведь он знал, что Джеймсу, судя по тому, как он стонал и скулил, не выжить, а противостоять бритве, срезавшей куски мяса с лица священника, было не по силам ни одному человеку.

Но вместо этого он направился в сарай за вилами, а там на него обрушилась темнота. Он помнил, как начал падать. И пролежал там, пока визг Джеймса не призвал его вернуться в этот мир, тогда он встал и, в мучительном кровавом тумане, пошел к дому с вилами наготове, чтобы дьявольским оружием убить дьявола.

Но Морга уже не было, — может быть, он спешил добраться до Бельведера засветло. Он прихватил с собой сапоги Бертона и длинный черный камзол Тома, в который, конечно, не мог втиснуться, но который вполне мог бы послужить ему в качестве плаща, если накинуть его поверх больничной одежды.

— Я не буду убивать Морга, — сказал Мэтью Тому, идя с ним дальше по тропе.

 — Хоть он, наверное, заслужил это. Я собираюсь поймать его и отвезти в Нью-Йорк. Пусть его наказывает закон.

— Высокие слова. Он найдет, что… — Ему было все труднее произносить слова, пришлось перевести дыхание, и только потом он заговорил снова. — Сказать про это. Лучше я убью его. Когда придет время.

День продолжался, и два путника тоже продолжали идти по индейской тропе. Когда Мэтью начинал думать, что вот, Том больше и шага не сделает, мальчик чудесным образом находил силы и шел дальше.

По прикидкам Мэтью, часа через два после того, как ушел Странник, они оказались у неглубокого ручья, быстро струившего по камням свои прозрачные воды. Том и Мэтью напились из него и сели отдохнуть, прислонившись к стволу могучего дуба, на котором, как увидел Мэтью, были вырезаны индейские символы.

Им не пришлось долго ждать. Странник прибежал своим ровным шагом по тропе с противоположной стороны, опустился на колени, попил из ручья и сказал:

— До Бельведера всего одна миля.

 — Он обратил свое внимание на Тома — тот уже пытался встать, но ноги его не слушались, он был измотан до предела. — Помогите ему, — сказал индеец Мэтью.

— Не надо мне помогать, — хрипло прошептал мальчик в ответ, и в шепоте его слышался гнев.

Но, признавал он это или нет, помощь ему была нужна: удержаться на ногах он не мог даже с палкой. Так что он смирил гордость и позволил Мэтью подставить ему плечо.