Мистер Морг

 — Все нормально со мной! — протестующе сказал он Мэтью, но тот все-таки помог ему лечь на кровать, что не потребовало особых усилий.

Оказавшись на покрывале красновато-коричневого цвета, Том решил, что это не дело, и снова попытался встать.

— Послушай меня. — Странник положил на грудь мальчику руку. — Ты останешься здесь, понимаешь? Сейчас придет врач. Тебя нужно подлечить.

— Да нет, у меня все нормально. Не нужен мне никакой врач!

— Сынок! — Хозяин дома наклонился над ним. — Тебе лучше побыть здесь и немного отдохнуть.

— Я вас знаю. — Зрение у Тома затуманивалось, уменьшалась и его решимость. — Да?

— Я преподобный Эдвард Дженнингс. Странник Двух Миров рассказал мне, что произошло с тобой и преподобным Бертоном.

— Да. А теперь лежи тихо, отдохни.

До Мэтью дошло, что Странник успел сбегать в Бельведер и обратно за то время, которое понадобилось ему и Тому, чтобы дойти до ручья. Это был ответ на вопрос Мэтью о том, что им делать с мальчиком.

— Я не хочу лежать тихо. Мне надо встать, надо идти дальше.

 — Как бы ему этого ни хотелось, идти дальше у него бы просто не получилось. Он поднял почти умоляющий взгляд на Странника или туда, где его глаз в последний раз как сквозь пелену различил индейца. — Я иду с вами. Искать этого типа. Я не собираюсь… не собираюсь тут оставаться.

— Ты останешься тут, — ответил ему Странник. — Ты не в состоянии идти дальше. Можешь сопротивляться сколько угодно — только вымотаешься еще больше. Сейчас придет доктор, полежи тихо.

Все время, пока Странник говорил, Том отрицательно мотал головой.

— Не указывайте мне, что делать, — прохрипел он и протянул руку, чтобы ухватиться за жилет Мэтью и подняться с кровати. Но пальцы его совсем ослабли, и этот порыв был последней вспышкой. — Я убью его, — едва слышно прошептал он с тихим стоном.

Но даже у сильного желания отомстить есть свои пределы. Пальцы Тома расцепились, рука выпустила жилет Мэтью, голова откинулась на набитую соломой подушку, и через секунду его одолел сон. Исполосованная бритвой грудь поднималась и опускалась от ровного дыхания, но его свеча погасла.

Доктор прибыл в сопровождении Сары Дженнингс и следовавшей за ней собственной жены. Гриффин, серьезный молодой врач, был всего лет на десять старше Мэтью. У него были песочно-коричневые волосы и острые карие глаза. Он сразу оценил раны Тома и тотчас же попросил Сару принести чайник с горячей водой. Жена Гриффина стала раскладывать бинты, а сам он — готовить свой набор для зашивания.