Мистер Морг

Он открыл дверь, и к нему повернулся человек, перед этим сосредоточенно наблюдавший за парадом фургонов, повозок и прохожих, что тек по Четвертой улице.

— Оливер Квизенхант, — сказал незнакомец.

Справившись с легкой оторопью, Оливер кивнул. Ему показалось, что он услышал в голосе незваного гостя некоторое облегчение. Да, Присцилла оказалась права: похоже, этот кожаный чулок, грубый и костлявый, действительно притопал сюда прямо из леса. С самого пограничья, где индейцы отрубают людям руки-ноги и варят в котлах на ужин.

А этому человеку, судя по его виду, явно довелось увидеть не один такой кипящий котел. Может быть, и самому едва удалось спастись из такого котла. Сколько ему лет? Примерно двадцать шесть, двадцать семь? Трудно определить, когда правая скула и лоб у него в синих кровоподтеках. А оба глаза налиты кровью. Прямо под левым наложен белый медицинский пластырь. Темные впадины глаз, и вообще лицо такое мрачное и грозное, как будто он из двадцатисемилетнего возраста перепрыгнул сразу за пятьдесят. Несколько дней не брился, черные волосы спутаны, ладони обмотаны грязной кожей. Драные темно-бордовые бриджи и жилет того же цвета, перепачканные чулки, замызганная белая рубашка, куртка из оленьей кожи с бахромой, покрытая коркой грязи. А на ногах — самые что ни на есть индейские мокасины.

Разведчик, предположил Оливер. Из тех, кто идет вперед, чтобы проложить путь, кто идет на риск, какой готовы взять на себя только самые храбрые — или самые безрассудные. Кажется, таких называют всадниками провидения.

— Я Мэтью Корбетт, — сказал незнакомец. — Можно войти?

— Э-э, знаете, сэр, я сейчас очень занят. То есть было бы лучше, если бы вы пришли как-нибудь в другой…

— Мне нужно поговорить с вами об одном из ваших изобретений, — упрямо продолжал Мэтью. — О взрывающемся ларце.

— Взрывающемся… Ах да. Вот вы о чем. Вы имеете в виду сундучок без ключа? Ловушку для воров?

— Называйте это как хотите. Мне просто нужно узнать, как он попал в руки убийцы по имени Тирантус Морг.

— Морг? — Квизенхант порылся в памяти.

 — Простите, но что-то не припоминаю. Я человеку с таким именем ловушку для воров не продавал.

— Вы в этом уверены?

— Абсолютно. Я веду строгий учет всех, кто покупает мои… — Он чуть было не сказал «произведения». Но вместо этого произнес: — Работы.

Мэтью не совсем понимал, чего можно ожидать от этого человека. Квизенхант был тощ и долговяз, руки его казались слишком большими для таких тонких запястий, а ступни походили на баркасы.