Мистика

 Но что теперь…?   Не глядя  по сторонам,  на ватных ногах прошла к своему столу,  по дороге  вызверившись на Ирку:

-  Какого черта вообще…?

   И вспомнила, что  без телефона – она просто не могла предупредить меня.  Поэтому села и затихла, сцепив руки в замок  и бессильно цепенея от  разом  нахлынувшего горя.   Жуткое, тяжелое, безнадежное  чувство  с  комом в горле и  резью в глазах.   Растерянность и беспомощность, больное  осознание потери и невозврата к прошлому.  Обида!   И снова это  желание - тихо сдохнуть прямо здесь и сейчас  из-за почти невыносимости всего этого.

-  Аля… -  донеслось из гостевого кресла глухо и хрипло.

-  Ир,  дай  что от головы…  давит по страшному, -  тоже почти хрипела я, - Олег, ты  сильно не вовремя.  Я  еще не готова  говорить.   Если  тебе хоть чуточку  жаль  меня,  подай на развод сам – избавь меня от этого.  В нашей квартире я жить не смогу – оставь себе.  Твой бизнес меня тоже не интересует, мы с Иркой  отлично прокормимся.  Деньги на ту машину… с ними тебе придется расстаться – мне нужно  где-то жить.

    Услышав невнятный звук, вскинула взгляд  и обмерла...  Я ни разу не видела, чтобы Олег плакал.  А сейчас он  плакал... при мне и при  Ирке –  судорожно  вдыхая  сквозь зубы  воздух и  неловко прикрывая  лицо растопыренными пальцами,  вздрагивая  всем телом.  И вся эта хрень…  скрутилась  внутри  и  взорвалась у меня  в голове непонятно чем!  Уронив стул, я вскочила, вынеслась  за дверь и помчалась  по коридору на выход.

    Перед глазами стоял  плачущий, как ребенок,  Олег  в джинсах  и  зеленой домашней футболке  с  ярким  принтом - изображением зубастой щуки. С  ветровкой на коленях и с  закрепленной пластырем марлевой нашлепкой над виском –  похоже, задела и его.  И неслабо задела, раз пришлось так коротко остричь волосы.  Окалина… там же этой окалины наросло!  Счесала… снесла…  Хотели ведь обжечь на костре и забыли взять на рыбалку прошлый раз.

   Такси подвернулось  на редкость удачно.  Назвав адрес, я замолчала и тихо просидела так всю дорогу.  Молча расплатилась, когда доехали до дома,  не глядя, прошла мимо консьержки и поднялась  в лифте на родной семнадцатый этаж.   Скользнула взглядом по соседской двери...   привычно открыла свою.  Разулась в прихожей, вступив в синие тапочки с игривыми  кроличьими помпонами.