Мистика

   Невысокие крутые берега заросли  травами и некоторые из них сейчас цвели.  Течение воды и угадывалось-то  только по мелким цветочным лепесткам и редким  соринкам, проплывающим и исчезающим под кладкой.  Вербы смыкались высоко над головой, как шатер, защищая от солнца.  Я попросилась:

-  Постой, дай  умыться.

-  Потом.  Впереди  запруда,  там  будет глубже – где-то по колено, - не согласился  Роман и потащил меня дальше – вверх по крутому  рыхлому склону, все выше и выше.  Я пыхтела и потела, песчаная  опора под ногами казалась  ненадежной и зыбкой.

  Хорошо, что мы оставили обувь  внизу,  и я цеплялась за склон,  с силой зарываясь во влажную  песчаную глубину пальцами ног.  Когда вскарабкались  на самый верх,  Ромка  развернул меня лицом к селу  - оно лежало под нами со всеми своими  домами, садами и огородами.  На холме, который обнимали собой две улочки, видны были  остатки деревянной церкви, наш  же  ручей  под шапкой из темных верб не виден был совсем.  Парень крепче ухватил меня за руку, блеснув шальными глазами:

   Я  ахнула, взвизгнула,  а мы уже неслись – вниз и вниз!  По круто падающему  склону, песчаной осыпи,  подающейся и уплывающей  из-под ног!   Высота холма была  впечатляющей, скорость – бешеной!  Я орала, как резаная – от восторга и страха.

   А  Роман  хохотал – громко и весело.  В самом низу склон становился  более пологим и скорость  нашего полета-падения сама собой  замедлилась.  Мы без сил  рухнули в песок, выравнивая дыхание и успокаивая бешеное сердцебиение.

-  Ты больной?  А если бы  в песке  бревно с сучками или камень?

-  Смотри сюда…   -  лениво набрал он в ладонь  красноватый песок и медленно высыпал его тонкой струйкой:  - Мелкий, мягкий - ни камешка, ни крупной песчинки.  Мы  сто раз так носились…  домой приходили без сил и почти без ног.  Лет десять назад в запруде еще можно было искупаться  - лежа.  А сейчас мелковато, пошли...

   Мы умылись, отмыли от песка руки по самые плечи, и ноги до колен.  Стоя в холодной воде, увязая  ступнями в топком иле, сочащемся между пальцами, ждали, когда усядется  муть, чтобы напиться.

-  Не бойся – пей смело, тут чисто – ручей  вытекает из лесных родников, я как-то ходил к истоку. Рядом  ни жилья, ни коровников, -  сложив ладони лодочкой, тянул в себя сладкую  холодную влагу  Роман. Она срывалась с его пальцев частыми хрустальными каплями, сверкала на солнце.  Тряхнув мокрыми волосами, он стянул через голову  тенниску и бросил ее на берег.