Мистика

  Тогда здесь то ли формировалось новое хозяйство, то ли менялось руководство, но пересматривались кадастровые планы.  Меня известили, и этим занимался мой юрист.  Он  доложил, что в доме живет старая женщина.  Я понял, что моя родственница еще жива и не стал продавать участок.  Это все.

-  Все?  -  удивилась я,  сворачивая  по  сырой  луговой траве на тропинку, которая круто поднималась  в гору и терялась  между деревьями:  - Кажется, нам сюда…  Ну, все так все – как скажете.

-  Вы не понимаете…  Еще мой отец и его брат – сыновья этой женщины, не хотели иметь с ней ничего общего.

  Всякие  упоминания о бабушке  пресекались взрослыми, а мы  иногда по-детски  задавали такие вопросы.  Я не буду повторять то, в чем не уверен на сто процентов.   Но я вырос с этим, это вложили в меня с детства.  Упоминание о ней  не приветствовалось в наших семьях.

-  А причина? –  настойчиво интересовалась я, останавливаясь на вершине холма возле покосившегося деревянного строения.  Вокруг  темных  стен  оставалось  небольшое открытое,  поросшее травой пространство, а дальше, обнимая  его и организуя  камерный ансамбль, поднимались высокие деревья.

  Креста на церковном куполе не сохранилось.  Под  самыми стенами виднелись три небольшие могильные плиты из битого временем  камня с полустертыми надписями на них.  Над двумя  старинными захоронениями даже сохранились низкие  каменные кресты.  В церковь можно было войти свободно, но я не спешила делать это, а смотрела на мужчину и понимала что, что бы он ни сказал сейчас, я останусь на стороне  бабы Мани.

-  Причина?   Я не хотел бы говорить об этом.  Просто объясняю, почему не знаком с этой женщиной.

-  Хорошо.  Тогда куда вы хотели отселить ее, если собирались снести старый дом?

-  Алена!  -  слегка повысил он голос, но сразу же взял себя в руки: -  Я не знал, не был уверен – жива ли она вообще?  Безусловно,  теперь я пересмотрел свое решение – этот дом будет принадлежать ей.

-  Не думаю, что это решит проблему.  Потому что  ей нельзя больше оставаться  одной - не тот возраст и не то здоровье.

-  Хорошо…  хорошо, я понимаю, все понимаю.  Эту женщину выгнал из дому муж за ее поведение.  С тех пор у нее нет семьи,  сыновьям было по  двенадцать лет.

-  И за что?  За что ее выгнали?  Дети – понятно, что им говорили, тому они и верили.  Но какое-то объяснение все-таки должно быть?

-  Да!  Эта женщина  была кем-то вроде местной куртизанки.  От нее даже откупались продуктами и деньгами, чтобы она отступилась от мужей.