Младший вовсе был дурак

— Вот дурья башка! — из стены вылетел Цимлянский. Призрак сделал надо мной полукруг и завис в полуметре от колонны, на которой я висел. — Не вопи. Все Бюро на уши поставишь.

В первый момент при виде призрака я обрадовался, а теперь разозлился. Вместо того чтобы помочь или привести того, кто сможет помочь, дух издевался. Честное слово, виси он в пределах досягаемости, я бы его ударил. Мой кулак не причинил бы ему вреда, но наверняка здорово обидел.

— Позови кого-нибудь, — попросил я, изо всех сил стараясь, чтобы мой голос звучал нейтрально.

— Незачем, — Цимлянский подтянул подштанники и уселся в воздухе в позе лотоса. — Такое зрелище только для меня одного. Буду потом всем рассказывать.

— Как я свалился в огненную бездну? Да, действительно смешной рассказ выйдет. Минут через десять у меня затекут руки, и я сползу в преисподнюю.

Призрак противно захихикал и вытер несуществующую слезу.

— Ой, уморил. А ты подрыгайся, быстрее свалишься.

И наглый дух принялся летать вокруг меня и корчить рожи.

Я зажмурился. Не хотел, чтобы его физиономия оказалась последним, что я увижу перед тем, как умереть.

— Бу! Падай уже! Руки! Руки расцепляй! Большой пальчик! Указательный! Ну давай уже! Я б тебе помог, да не получится.

— Падай! Это в твоих интересах!

Я вцепился в колонну, прижался щекой к шершавому камню и снова закричал:

— Не ори, — назидательно поднял палец Цимлянский. — Местная звукоизоляция на призраков не действует, а я уже говорил, что это зрелище только для меня одного.

— Да позови ты кого-нибудь на помощь! — заорал я.

Руки затекли, плечи болели, Ленкина брошь впилась в шею и я, дотянувшись до нее ртом, вытащил ее из воротника и выплюнул в бездну — все равно больше не пригодится. Брошь, однако, не полетела в пропасть, а с едва слышным стуком упала возле колонны, подпрыгнула и замерла. Я вытаращил глаза.

Цимлянский зашелся истерическим гоготом. Смех отразился от стен, размножился и окружил меня со всех сторон.

— Ну, дурья башка, понял теперь?!

Я расцепил руки и встал. Пол никуда не делся, огненная бездна оказалась искусной иллюзией. Я сделал шаг, подобрал брошь и погрозил призраку кулаком.

— Мог бы раньше сказать.

— И что бы я тогда соседям рассказывал? — дух снова расхохотался и взмыл к потолку. — Если тебе достанет ума вляпаться еще в какую-нибудь историю, зови, — и исчез из поля зрения.