Младший вовсе был дурак

В пиршественную залу вошла вереница поваров, каждый из которых нес большой поднос с жареной дичью. Я присмотрелся к яствам, втянул аромат горячего мяса, и желудок требовательно заурчал: "жрать давай!". Я проглотил слюну и опустился обратно на лавку. Ничего не случится, если отложить «признание» на двадцать минут. Неизвестно, когда мне придется есть в следующий раз, да и на королевский пир я вряд ли еще когда-либо попаду.

Я взял ложку и подумал, что желудок не прав, слово «жрать» к ситуации никак не подходит, потому что блюда на подносах назвать «жратвой» мог только ненормальный, это были настоящие произведения кулинарного искусства, украшенные зеленью, лимонными дольками, морковными звездочками, розами из огурцов и свеклы.

Я рассмотрел копченую семгу, заливное из судака, ростбиф, телячий язык с хреном, буженину, холодец, копченого кабана с традиционным яблоком во рту, ветчину, лососевую икру, осетра, целое блюдо раков, салат с грибами, винегрет с языком, маринованную вырезку, овощи под соусом, соленые рыжики, запеченную индейку, фаршированную утку, окорок с ягодами и пирожки.

Вот это я понимаю, царский пир!

Повара рассредоточились по залу и встали на равном расстоянии друг от друга за спинами сидящих гостей. Одно блюдо на троих — довольно щедро, если учесть, что наверняка будет и второе пришествие поваров, и третье. За моим соседом встал повар с большим кабаном на подносе. Что ж, свинину я уважаю, но как ее резать? На каждого гостя полагались два бокала, одна ложка и ни одного ножа.

Похоже, с культурой принятия пищи здесь не знакомы. И через мгновение я в этом убедился.

Повара, по знаку шефа, наклонились, поставили подносы на стол и отскочили назад. И правильно сделали! Интеллигентная на первый взгляд знать набросилась на еду, как… нет, стая голодных волков отдыхает. Как… тираннозавры, дерущиеся за последнего на земле диплодока. Кабана мгновенно разорвали, и когда я потянулся за последним ребром, прямо из-под моих пальцев его ловко выхватил сутулый сосед.

— А еще принц, — недовольно затряс он козлиной бородкой. — Ловчее надо быть, ловчее.

— Он дурак, — вмешался в разговор король. — Младший. На младших, знаете ли, природа отдыхает.

— Ясно, — многозначительно кивнул сутулый и впился зубами в кабанье ребро.

Я открыл рот, чтобы ответить, но понял бесполезность любых попыток оправдаться — никто не смотрел на опозоренное высочество, гости сосредоточились исключительно на еде. На жратве.