Младший вовсе был дурак

Тут я ничем помочь не мог, в моих силах лишь отправиться в "свои покои".

В печной было сумрачно и скучно. И чем, интересно, здесь занимался принц? Ни тебе интернета, ни телевизора, ни книжки самой захудалой. Я порылся в сундуке, проверил все полки на предмет вещей, которые могут пригодиться в дороге, но кроме огарка свечи ничего не нашел. Интересно, как ее зажечь без спичек? Своей магией? Эх, средние века! Ни тебе зажигалок, ни электричества, кремень, да огниво. Не удивительно, что здесь каждую вторую принимают за ведьму.

От мысли, пришедшей мне в голову я даже подскочил. А что, если это действительно Ленка, и за ведьму ее приняли потому, что она, к примеру, зажгла огонь с помощью спичек?! Нет, невозможно. Я переместился в этот мир голым, значит, и Лаврентьева тоже, спичек у нее точно нет.

Стоп. А как насчет дара? Что если она зажгла огонь с помощью магии? Тоже неверно. Ее дар исчез, перешел ко мне и огонь теперь по моей части. Но ведьму нужно навестить. На всякий случай.

Я подошел к единственному окну и выглянул во двор. На улице совсем стемнело, я с трудом разглядел курятник; на фоне темно-серого неба четко различался только силуэт угловой башни, задней двери видно не было. А чего, собственно, ожидать? Ни одного фонаря на всю округу, точнее, на все королевство. Очень удобно для воров, убийц и тех, кто не хочет быть замеченным.

Я подошел к двери и выглянул во двор. Во дворце еще продолжается свадебный пир, слугам не до принца-дурачка, Я занес ногу, чтобы перешагнуть порог, но тут ко мне бросилась тень, схватила за руку, потом, опомнившись, бухнулась на колени.

— Ваше высочество, — зашептала тень голосом Прохора. — Беда! Батюшка вас во дворец требует!

— Прямо сейчас? Что случилось?

По спине пробежал холодок нехорошего предчувствия. Неспроста все это.

Неожиданно относительная тишина заднего двора резко прервалась громким лязгом: открыли запертые на ночь ворота, и во двор въехали три всадника.

— Скорей, — Прохор потянул меня за рукав.

Пришлось подчиниться, но прежде чем скрыться в замке, я оглянулся на ночных гостей, и сердце предательски екнуло. Двое всадников были людьми, а третий… я потер глаза и довольно сильно ущипнул себя за руку, но… на третьей лошади сидел волк, по крайней мере верхняя половина туловища всадника принадлежала волку: оскаленная пасть, напряженные стоящие торчком уши и горящие желтым светом глаза.