Младший вовсе был дурак

Я вытащил из тайника нож и стал рыться в сундуках с одеждой. Человек я практичный и здравомыслящий, мне бы найти что-нибудь полегче и попроще. К несчастью, большинство кафтанов пестрели золотой вышивкой, а рубашки, сшитые из удивительно тонкого белого материала, буквально кричали о своей дороговизне. Наконец на дне сундука обнаружилась серая льняная рубаха и такого же цвета широкие штаны с веревкой вместо кожаного ремня. Что ж, я не привередливый, буду походить на бомжа. Это лучше, чем всем своим видом заявлять о королевском происхождении — меньше шанса нарваться на грабителей.

Только я переоделся и приторочил нож под рубахой на поясе, в мою комнату, едва постучав, влетел Прохор. Видок у него был еще тот, словно его хорошенько изваляли на сеновале: взъерошенный, вспотевший, с красной физиономией и порванным воротом синего кафтана.

— Вас требуют, ваше высочество, — сглотнул он.

"Требуют" — значит, ничего хорошего.

Мужчина проводил меня в уже знакомую комнату для совещаний, где я увидел тот же состав, что вчера вечером, за исключением отсутствующих принцев и ее величества.

Гости сидели за длинным пустым столом, во главе которого восседал король. Я остановился в дверях, Прохор встал сзади.

— Все плохо, — отрезал его величество, увидев меня. — Александра нигде нет. Рассказывай, где ты видел его в последний раз. Сильдурен, приготовься.

Я покосился на одетого в темно-синий балахон мага, тот сложил ладони лодочкой и потряс ими. Послышался перестук, будто в ладонях старика лежали костяные бусины.

Губы мага зашевелились, глаз задергался. Это такая проверка? Средневековый детектор лжи? Магии в Сильдурене наверняка было едва ли больше, чем в зажигалке, и я приготовился вдохновенно врать.

— В последний раз я видел брата в саду возле клумбы с розами.

Старик разомкнул руки, и бусины, которые оказались обычной речной галькой, высыпались на стол.

— Вижу алые, словно заря ясным свежим летним утром, прекрасные розы ее величества, — нараспев произнес Сильдурен, разглядывая камушки.

 — Целое море роз, безбрежное, как власть нашего дорогого всесильного монарха Радомира, властителя Южных и Западных земель Малого и Большого Мола и окрестностей…

— Дальше, — приказал король.

Старик поспешно собрал гальку и снова затрясся.

— Александр хотел сорвать для супруги брата цветы и лично преподнести их ей в знак уважения.

Я покосился на мага. Длинная фраза, Сильдурен окончательно запутается и уйдет в такие дебри, что его придется спасать.