— Так выкладывай уже, не томи, — подстегнул его я, — что там у тебя нарисовалось.
— Выкладываю, — спокойным тоном заявил он, — сегодня до вечера к нашему острову пристанет туристическое судно…
— Когда точно это будет? — сразу решил уточнить я.
— Во второй половине дня, — ответил Цой, — точнее не знаю. Называться оно будет «Роза Мунда»…
— Роза мира то есть… — вылетело у меня на автомате, — немецкое что ли судно?
— Нет, филиппинское, — поправил меня Цой, — но построено в Германии. У них тут будет запланирован пикник и морские купания.
— И что дальше? — заинтересовался я.
— Дальше один из отдыхающих начнет тонуть, а мы с тобой должны его спасти. А потом попроситься на борт этой Розамунды…
— И как мы им объясним, кто мы такие и что тут делаем?
— У нас есть еще несколько часов до прихода судна, — пояснил он, — надо сесть и продумать эти вопросы…
Все, что я смог придумать для легализации нашего робинзонного положения, так это продырявить катер — якобы налетел он на скалы, поэтому мы тут и застряли без средств связи.
— А почему нас никто искать не начал? — тут же начал проверять легенду на прочность Цой.
— Никому не сказали потому что, куда мы поплывем, — нашелся я.
— А чего бы нас тогда не вернуть по месту жительства, то есть на Оаху? — продолжил пытать он.
— Потому что мы не местные, а, к примеру… да из России оба к примеру.
— Я русский не знаю, — грустно заметил Цой.
— Думаешь, на филиппинском судне кто-то его будет знать? А между собой мы и на корейском можем общаться, — вырулил я из трудного положения, — а если вдруг и найдется знаток языка, ты можешь сказать, что родился и прожил всю жизнь в корейской деревне где-нибудь в Приморье, там русский без надобности.
— Тогда сразу такой вопрос вылезает — если я из глухой российской деревни, как я оказался на Гавайях? К тебе, кстати, вопрос тот же, русские, насколько мне известно, за пределами своей страны путешествуют редко и обязательно в сопровождении агентов КГБ.
Тут я уже прикусил язык, будучи не в силах объяснить такой выверт сюжета, но мне помог сам спрашивающий:
— Тур Хейердал, — заявил он громко и с выражением.
— Чего Тур Хейердал? — не совсем понял я.
— Он нам и поможет, — пустился в объяснения Цой, — кто это такой, ты знаешь?
— Ну да, — ответил я, — знаменитый путешественник, Кон-Тики там, Ра, Тигрис. С ним плавал один русский, Юрий Сенкевич.
— И один японец… переделываем его в корейца и рассказываем, что отстали от экспедиции Хейердала.
