Я ухожу на кухню, а Даша раздевает Никитку и перетаскивает мешок с игрушками в нашу единственную комнату. Слышу, как возбужденно лопочет Ромка, наверное, хвастает своим арсеналом.
Гости у нас не часто бывают, поэтому у него сегодня праздник.
Насыпав заварку в чайник, заливаю ее кипятком и достаю из шкафа две из трех имеющихся у нас кружек.
— Никита весь свой автопарк притащил, — проговаривает Даша, усаживаясь на мягкий табурет.
Вскрываю упаковку с вафлями, раскладываю их на блюдце. Наполняю чашки чаем, одну из которых ставлю перед Дашей.
Она тут же обхватывает ее пальцами.
— Настя, — начинает она, глядя на меня исподлобья, — мне вчера не показалось, да?
— Ты о чем?
Нелепая жалкая попытка, как последний глоток воздуха перед смертью.
— Настя, — повторяет просящим тоном.
Я тоже сажусь и, копируя ее, обнимаю горячую кружку. Ее тепло быстро согревает ледяные пальцы, но внутри все равно стужа.
— Не показалось.
— Боже… — выдыхает она.
— Только, Даш… я очень прошу тебя…
— Как так вышло?! Почему он не знает?!
— Все очень сложно.
Для меня да, сложно. Но я понимаю, как выглядит ситуация со стороны. Обидевшаяся девчонка решила отомстить бросившему ее парню тем, что скрыла от него его ребенка.
— Я не знала, что у вас с Киром что-то было, — говорит так, словно размышляет вслух, — я думала, вы только друзья.
— Никто не знал, Даша. Это было всего один раз, — резко выдыхаю и добавляю, — он просил никому не рассказывать.
— Почему?
— Потому что… не знаю, может, потому, что мы не собирались повторять это снова, а может, потому, что планировал отношения с Кариной.
Скорее всего, и первое и второе. Я подозреваю, что переезд Карины в столицу не случаен. Скорее всего, она поехала туда с одной конкретной целью — быть с Киром. А он ее там ждал.
Девчонка не так проста, как хочет казаться.
Я не верю, что ежедневные фотоотчеты о том, как развиваются у них с Греховцевым отношения, отправлялись ею только из чувства глубокой дружеской привязанности. Она не могла не знать, что каждый раз причиняет мне боль.
Но на протяжении нескольких месяцев она продолжала методично это делать. Зачем? Убедить меня в том, что он принадлежит ей целиком и полностью? У нее получилось.
Потом, понимая, что так мне никогда не забыть его, я стала сознательно отдаляться. Не отвечала на сообщения, не брала трубки.
Карина обижалась, но кинуть в меня дротик в виде новой совместной фотки все же не забывала.
Последний год только она поумерила свой пыл, а мне сразу стало легче.
