Мне душу рвет чужая боль

– Банда беглых заключенных под предводительством Артура Трутнева.

Степан взял со своего стола папку с фотографиями беглецов. Первым на стол он положил снимок Артура.

Викентьев мельком глянул на изображение. Поднял глаза, напряженно посмотрел на собеседника.

– С ним бежали еще четверо, – невозмутимо продолжал Круча, выкладывая на стол остальные фотоснимки, – Иван Жмаков, Никита Гольнев, Евгений Бобылин, Михаил Лоскутов…

– Из пермской колонии…

Степан назвал номер учреждения, за проволокой которого не смогли удержать Артура.

– И приехали сюда? – с изрядной долей сарказма спросил генерал.

– Да, приехали сюда.

– И не надорвались, пока сюда ехали?

– Сколько людей в Москву ездит, и далеко не все надрываются… А эти еще и два автомата с собой прихватили. Убили двух часовых, разоружили… Автоматы той же системы, что засветились у нас…

– Это еще ни о чем не говорит… Как давно они сбежали?

– В марте этого года.

– И что, до сих пор не задержали?

– Видимо, ждут, когда мы это сделаем.

– Я не знаю, что вы можете сделать, подполковник… Тем более с этими. Зачем им привлекать к себе внимание, если они беглые? Ну, взяли кассу, ну затаились, а эти в полный рост… Нет, не они это… А если и они, что делается для их розыска?

– Разосланы ориентировки, раз…

– Ориентировки и так на них должны быть, если они в розыске…

– Ну, в нашем случае это розыск с пристрастием…

Степан не стал говорить, что ориентировки получили не только постовые милиционеры. Беглых искали представители криминального мира.

Сафрон взялся за это дело без лишних разговоров, поскольку дурная слава Битова была не в его интересах. На воров пришлось надавить, и в будущем надо будет их подстегивать, чтобы не расслаблялись… Так или иначе, а работа движется.

– И еще патроны, – предвосхищая очередную колкую реплику начальника, сказал Круча.

– Мы сделали запрос в Пермский ГУИН, чтобы нам предоставили сведения о патронах к автоматам, захваченным преступниками. Сверим полученную маркировку с гильзами, собранными на месте преступления… С гильзами от патронов, которые были использованы в первых трех нападениях из нашей серии.

Начиная с четвертого случая, преступники использовали патроны из другой партии. Это говорит о том, что преступники израсходовали первоначальный боезапас, то есть четыре автоматных магазина по тридцать патронов в каждом. Где они пополнили боекомплект, это пока вопрос. Но мы работаем в этом направлении.