Мне душу рвет чужая боль

– Зачем вы меня преследуете?

– Мы преследуем не вас. Мы преследуем гражданку Толстую, – с ударением на первую гласную в последнем слове сказал Комов.

– Я не Толстая, я Толстова… То есть Неверова… Или уже нет, – заканючила она, но, спохватившись, резко спросила: – А почему вы меня преследуете?

– Разве я сказал, что мы вас преследуем? Если так, то извините. Я хотел сказать, что вас преследует ваш муж, Неверов Константин Владиславович… Да, кстати, вы совсем не толстая. У вас такая фигура, мисс, что я волнуюсь, как вьюноша на первом свидании.

– У вас в милиции все такие? – женщина с интересом посмотрела на Комова.

– А какой у вас голос… Ну вот, я уже совсем младенец… Э-э, вы меня не слушайте. И грудь не предлагайте.

– Да я, в общем-то, не собиралась, – возмущенно и вместе с тем с восторгом сказала Кристина.

– А вот кофе можете предложить, не откажусь…

– Ну, проходите, раз уж пришли…

Женщина покопалась в сумочке, достала пару ключей, открыла дверь.

– Это все, что у меня осталось, – сказала она, небрежно швырнув ключи на телефонный столик в прихожей.

– Я слышал, вы квартиру в Битове недавно купили, – сказал Федот.

– Была квартира, да сплыла… Все было, да уплыло…

– Большой корабль сбросил шлюпку и уплыл…

– Во-первых, я не шлюпка. А во-вторых, откуда вы знаете про мои отношения с мужем?

– А мы не просто милиция. Мы – начальство. Прошу любить и жаловать, подполковник Круча, начальник ОВД «Битово». Если хотите, можете любить и меня, его заместителя и начальника криминальной милиции по совместительству…

– Майор Комов, если я правильно запомнила, – с едва уловимым кокетством во взгляде улыбнулась женщина.

– Для меня счастье, что вы вообще меня запомнили.

Федот иронизировал в привычной своей манере, но Степан чувствовал, что здесь нечисто: похоже, Кристина понравилась ему не на шутку. Да и она посматривала на него с любопытством.

– Тем более в таком состоянии духа, – сказал он, многозначительно глянув на подчиненного.

Не увлекайся, дескать, майор.

– В каком таком? – с опаской посмотрела на него Кристина.

Если Комова она воспринимала как большого и сильного, но кота, то Степан, похоже, воспринимался ею как притаившийся волк.

– Насколько я понял, вас бросил муж. И вы очень сильно переживаете.

– Да, переживаю, – не могла не согласиться Кристина.

– Это он так с вами? – спросил Комов, пальцем показав на собственную губу.

– Костя немного погорячился.