Мне душу рвет чужая боль

– А то как же! Высоко сидим и вашего мужа насквозь видим… Вот возьмем сейчас и наедем на него. А ну, скажем, отдавай своей прекрасной жене половину своего имущества.

Федот хохмил, но, как это ни странно, Кристина приняла его слова за чистую монету. Видимо, потому что очень хотела, чтобы за нее кто-нибудь заступился. А Федот, что ни говори, выглядел очень внушительно.

– А что, это возможно? – заинтригованно спросила она.

– При желании, Кристина, все возможно. Никуда ваш муж не денется…

Он бы и дальше продолжал в том же духе, если бы Степан его не остановил досадливо-властным движением руки.

– Все возможно, – кивнул он, оборвав своего подчиненного. – Как и то, что вы, Кристина, можете оказаться за решеткой…

– За что? – сошла с лица женщина.

Он протянул ей несколько снимков из тех, что прихватил с собой. Фотосъемка с места преступления: убитые инкассаторы, расстрелянные машины.

– Что это такое? – бледнея, спросила она.

– Дело рук вашего Лоскутова.

– Этого не может быть!

– Это уже случилось.

Поверьте, четырнадцать трупов – это несколько пожизненных сроков. А соучастие в преступлении – как минимум – один такой срок. Вам, Кристина Георгиевна, хватит и одного. Всю жизнь проведете в тюремной камере. Сначала умрет ваша молодость, затем красота… Дальше продолжать?

– Тогда вы должны подробно и с любовью к родине рассказать, что связывает вас с Лоскутовым.

– Я… Я ничего не знала… Он появился в марте… Или в феврале… Да, в феврале, в этом году… Здравствуй, говорит, Кристина, пора отвечать за прошлое… А я не виновата была.

Ни в чем не виновата! – истерично заламывая пальцы, воскликнула молодая женщина.

– Конечно, нет. Мы уже во всем разобрались, и вы действительно ни в чем не виноваты, – по инерции схитрил Степан.

– Я же не знала, что они будут стрелять. Я всего лишь хотела, чтобы они поговорили с Валентином, по-мужски. А они стрелять!.. И в том, что они Лиду убили, я нисколько не виновата…

– Но с Валентином разобраться их попросили вы.

– Но я же не знала, что так будет!

– Да вы не волнуйтесь, Кристиночка, – насмешливо посмотрел на нее Комов.

 – Что было, то было, и уже ничего не докажешь. Сколыхова нет, Лоскутова, я так понимаю, тоже… Значит, Лоскутов вас шантажировал?

– Да, да, именно так!.. Он меня шантажировать стал, а я испугалась. Надо было мужу сказать, а я сдуру квартиру ему сняла…

– Кому ему? Лоскутову?

– Да. Квартиру ему сняла, за год заплатила…

– Вы знали, что Лоскутов в розыске?

– Да, он говорил.