— Не знаю как эта хрень называется, но я скучаю по ней. И постоянно думаю, — было непривычно говорить об этом, и я замолчал. — И что планируешь делать?
— Не знаю… рожать буду конечно, — оперлась на столешницу, позабыв о чае и все еще пустых чашках. — В декрет пойду, постараюсь разобраться со всем сама.
— Пашка должен знать, — и чем быстрее, тем лучше.
— Что он должен знать? Что я влетела? Я ему сказала! Знаешь, как он отреагировал? Если он тебя так избил, подумай, что я от него натерпелась…
— Если он пальцем…
— Нет, — обрубила, и я осекся.
Пашка же не тронул ее? Или тронул? — Я о нашей с ним ссоре. Ничего другого. Просто поорали.
— Он похоже, серьезно влип, Ир. Не помню, чтобы Суворов с какой-нибудь бабой дольше раза перепихивался, не в обиду. А если с тобой аж дважды, то…
— То это конечно любовь, Марк… — иронично отрезала и поставила на стол чай.
— Ты удивишься, но … да. Я Суворова знаю давно и как облупленного. И то, как он ведет себя — необычно для него. То, что он неровно дышит к тебе — однозначно.
Почему ты не сказала ему чей это ребенок?
— Я… — замолчала, а потом потянулась к чашке и обхватила ту руками будто пытаясь согреться. — Слушай, давай сменим тему?
— У моего друга будет ребенок, а ты предлагаешь сменить тему? — возмутился и даже не сразу дошло, что назвал Пашу другом.
— Марк, пожалуйста…
Она выглядела такой измученной, что мне стало неловко.
— Ладно. Но я хочу чтобы ты знала — я с тобой, и если помощь нужна не стесняйся, говори.
Ира устало улыбнулась и протянула руку, чтобы сжать мою.
— Спасибо тебе… — кивнула, благодарно глядя в глаза. — Идем я провожу тебя. Прости, но я сейчас вообще без сил… Прямо сейчас упаду спать.
— Давай.
Поднялся и мы покинули кухню. Прежде чем открыть дверь Ира робко прижалась ко мне и на секунду замерла, а у меня ком встал в горле. Она же одна совсем. Такие проблемы свалились на ее плечи, а Пашка уехал. Надо чтобы он узнал о беременности, но я поклялся молчать. Замкнутый круг. И как помочь ей?
— Спасибо тебе за поддержку Марк.
Я всегда знала что ты хороший.
Кажется, про близких людей и оказался не совсем прав. Один у меня все же остался.
— Береги себя, — коснулся ее лба губами и покинул квартиру бывшей, понимая, что теперь после всего что мы оба пережили я не оставлю ее одну. Нам не суждено было стать парой, но быть ее другом теперь моя обязанность. Ире не помешает твердое плечо. Ведь теперь кроме меня у нее никого нет.
55
Палец завис над клавишей вызова, и я замерла в нерешительности.
