Моррис не смог устоять перед искушением зацепиться за неожиданную возможность. Первое ""да"" ни к чему не обязывает, это просто честный ответ самому себе, но как же Моррису хотелось бы услышать от неё это маленькое первое ""да"".
…сто пятьдесят девять, сто шестьдесят, сто шестьдесят один…
Мысли Яны летели свободно. Какой правильный ритуал. Завязали глаза и оставили в полной темноте наедине с собой. Себе же врать не будешь. И уже не имеет значения, что Моррис действовал вероломно, заманив её сюда. Теперь ничего не зависит от него, теперь решать Яне.
Она ещё раз мысленно повторила вопрос, который задал ей магистр. Ей понравилось, как он прозвучал — ""идти по жизни рука об руку"". Это означало идти рядом, как два равноправных партнёра, как два друга, как два единомышленника. Она именно так и видела союз мужчины и женщины. Хотя не все придерживаются такого мнения.
Почему-то вспомнился бывший жених. Когда-то Яна думала, что их будущая семья как раз и будет таким союзом ""идти по жизни рука об руку"", только Даня думал по-другому.
В его системе координат, всё выглядело иначе: он идёт впереди, а Яна семенит вслед за ним, всё время подстраиваясь и приноравливаясь под его скорость хода и направление, под его жизнь. Своей жизни у Яны быть не должно было. А зачем ей своя жизнь, свои увлечения, своя работа, если ей отводилась роль придатка при муже? До сих пор было больно вспоминать его пренебрежительную фразу: ""Брось свои писульки""..."
"Ох, Янка, зачем ты, вообще, вспоминаешь о Дане? Нашла время.
Моррис не такой. Жена нужна ему не как придаток. Яна даже представить не могла, чтобы он, подобно Дане, пренебрежительно высказался о том, что ей дорого, что является её работой, её жизнью, частью её самой.
Почему она так думает? Откуда эта уверенность? Моррис ведь вырос в патриархальном мире и у него собственнические замашки. Да хотя бы оттуда, что когда ему понадобилась помощь, он пришёл к ней! Пришёл как к другу и соратнику. А ещё как к специалисту. Чинно отсидел в очереди, чтобы она его приняла.
Это было лучшим доказательством того, с каким уважением он относится к её призванию. Он бы никогда, подобно Дане, не сказал: ""Бросай свои артефакторные делишки"". Яна знала, чувствовала, что, чем бы она ни занималась, хоть бы и писательством, как в земном мире, ей гарантирована его поддержка.
Впрочем, все эти рассуждения не отменяли того факта, что викинга ещё перевоспитывать и перевоспитывать, но он не безнадёжен.
