Мне тебя подарили

— Вика? — тем временем недоверчиво отозвался собеседник на том конце связи. — Вика, — выдохнул с заметным облегчением. — Вика! Господи, с тобой всё в порядке?! Я тебе столько раз звонил, у тебя постоянно телефон недоступен. Я себе чего только не надумал! — завопил следом, да так взволнованно, будто в самом деле переживал.

Тоскливо вздохнула. А Радионов всё ещё не заткнулся.

— Ты правда в Португалии? Мне когда твоя мама сказала, я ей сперва не поверил. Что ты там вообще делаешь? — продолжил расспрашивать. — Или ты из-за меня решила уехать? Насовсем? Когда вернёшься? Ведь ты же вернёшься? — прозвучало с отчётливой надеждой.

— Пожалуйста, Вика, возвращайся! Я знаю, ты считаешь меня мудаком, но я тебе всё объясню! Не верь тому, что тебе там Лиля наговорила, — сказал, а в моём списке “нелюбимых” женских имён прибавилось ещё одно. — Она обманщица. Викусь, поверь, я бы на такой, как она, в жизни бы не женился! Она наврала! Ты всё не так поняла! Честное слово! Если хочешь, я на колени перед тобой встану, буду просить у тебя прощения столько, сколько потребуется! Ты только вернись обратно, мы с тобой сядем, поговорим, и ты всё поймёшь. ..

Вздохнула повторно.

— Да, я в Португалии, — прервала чужой словесный поток, с каким-то особенным садизмом наблюдая за тем, как меняется в лице португалец, который прекрасно расслышал каждое слово моего собеседника. —  В отпуске. Я тебе потом перезвоню.

Вызов сбросила сама. Аккурат в тот момент, когда в трубке доносилось очередное взволнованное:

— Если не хочешь возвращаться, ладно, я сам к тебе приеду, Вика! Возьму билет на ближайший рейс, приеду и мы всё обсудим…

Только этого не хватало!

Но об этом я сообщу ему позже.

Не при Габриэле же разжёвывать всё это дерьмецо...

Тем более, что он сам продолжал сверлить меня мрачным требовательным взглядом в явном ожидании оправданий и объяснений с моей стороны.

Не дождётся!

— Я ухожу, — сказала ему то, что он и так уже слышал.

Задержалась около него ещё всего на несколько секунд. За которые подхватила ручку и поставила подпись на бумаге с португальским текстом — аккурат напротив своего имени.

Да, я подписала соглашение, на котором он настаивал когда-то. А потом сбросила с себя мужские руки и направилась на выход из спальни. С последним тоже справилась успешно. Только оказавшись в коридоре, задумалась о том, с чего бы это португалец не стал мне заново препятствовать, лишь ухмыльнулся непонятно чему, пока я с гордо задранным подбородком дефилировала от него прочь.