Развод в 45. Я тебя не прощаю (СИ)

— Нет-нет, прекратите, что вы делаете? Так нельзя, — доносится из-за двери с тихим всхлипом знакомым женским голосом.— Закрой рот и делай, что велено, — грубо вторит ему мужской.Накрыв ладонью дверную ручку, я пытаюсь осознать происходящее, но выходит плохо. То есть я его осознаю, но оно совсем не укладывается в моей голове.— Но вы не должны. Я…— Я сам решаю, что и кому должен! Хватит болтать!— Но… Ох!Я всё-таки не выдерживаю и открываю дверь. Чтобы тут же пораженно ахнуть. Ведь на нашей с Гришей супружеской постели он и… невеста нашего сына.

В тексте есть: взрослые герои, измена и предательствоОграничение: 18+

– Нет-нет, прекратите, что вы делаете? Так нельзя, – доносится из-за двери с тихим всхлипом.

– Закрой рот и делай, что велено, – грубо вторит ему мужской голос.

Накрыв ладонью дверную ручку, я пытаюсь осознать происходящее, но выходит плохо. То есть я его осознаю, но оно совсем не укладывается в моей голове.

– Но вы не должны. Я…

– Я сам решаю, что и кому должен! Хватит болтать!

Я всё-таки не выдерживаю и открываю дверь.

Чтобы тут же поражённо ахнуть. Ведь на нашей с Гришей супружеской постели он и… невеста нашего сына.

Светловолосая девушка лежит с бесстыдно-широко разведёнными ногами, между которыми удобно устроился Григорий. Белое коктейльное платье средней длины задрано до самых бёдер. Симпатичное личико будущей снохи горит огнём, зелёные глаза прикрыты, она кусает губы и тихонько постанывает, пока мой муж активно хозяйничает пальцами между её ног.

Рядом на кровати валяется его серый пиджак и галстук, а рукава белой рубашки подвёрнуты до самых локтей.

– Нет, хватит, я вас прошу, прекратите. Г-григорий Станиславович! Я… Ах!

Девушка пытается оттолкнуть его от себя. Но куда там. Мой муж огромный боров под два метра ростом и с широченными плечами, плюс к сорока пяти годам давно нарастил лишнюю массу. Такого чтоб сдвинуть и одного мужика мало, не говоря уже о хрупкой девушке.

– Мокрая сучка! – выдыхает через сцепленные зубы.

 – А говоришь, не хочешь.

Меня как кипятком шпарит. Волосы у корней и те приподнимаются. По коже мурашки ужаса бегут.

– Не-ет, – мотает головой Дина, отчего портит свою причёску.

Её уложенные в ракушку светлые волосы теряют гладкость и аккуратность. А вместе с тем и я отхожу от ступора.

– Что здесь происходит? – даю о себе знать.

Едва ли я произношу это достаточно громко. Голос отказывает. Как и мозг будто в коматозе каком-то пребывает. Не со мной.