Мне все равно

– Рома…

Подхожу молча, за шею хватаю, к стенке пришпиливая. Никогда у меня не было такого состояния, просто слепая ярость.

- Что ты ей сказала?

- О чем ты? Тор, я…

- Ты что делаешь, щенок, отпусти её, - мне прилетает от её отца, но я отмахиваюсь, продолжая сжимать горло Таши.

- Что ты написала Лере?

- Торопов! Я вызываю охрану!

- Что! Ты! Ей! Написала!

- Ни… ничего! Правда… я… я не… - икает, задыхается, слезы катятся…

Ненавижу. И слезы. И её. Мразь.

Опускаю руки.

- Торопов, ты что, в местную тюрьму захотел? Это что за дела?

- Ничего.

Иду к двери, но Олег Иванович загораживает путь.

- Далеко собрался?

- А если далеко?

- Контракт перечитай на досуге.

- Дочь ваша, ко мне постель прыгающая, в контракте прописана?

- Что ты несешь? Какая постель? – челюсти сжимает, кулаки тоже. Только подраться мне с ним не хватало до кучи. Действительно оказаться в местной тюрьме и выйти лет через двадцать… Хрен знает, как у них тут судят. Хотя… у меня есть друг – шейх, фанат гонок.

- У дочери спросите.

- Я у тебя спрашиваю!

Молчу. Головой качаю.

Бред. Все что происходит – просто бред. Как я мог в это вляпаться?

- Таша, сколько раз я тебя просил! Не лезь ты к этим… сосункам! Только геморрой от них…

Да уж, это он прямо в точку.

- А что мне делать если я его люблю, пап! Я люблю! А он… у него эта… мышь московская…

- Рот закрой свой!

- Как ты разговариваешь? – смотрит зло, и я его, в принципе, могу понять.

- Нормально я разговариваю.

- Даже если она не права это не повод тебе вести себя как… как уроду моральному.

- Ну, извините. Я моральный урод. Спасибо за внимание. Можно только я пойду?

- Куда?

- Подальше отсюда. – головой мотаю, воздуха не хватает.

- У тебя тренировка!

- У меня дела. Мне внезапно очень надо вернуться в Москву.

- Какая Москва? Три дня до следующей гонки.

- Прекрасно. У вас как раз есть два отличных пилота на замену. Горячий финн и Мишка.

- Торопов, ты реально берегов не видишь.

- Реально. Не вижу. Лучше отпустите меня сейчас.

- Рома! – Таша включается, ревет. – Рома, я правда ничего ей не писала! Посмотри мой телефон! Ничего!

Это уже не важно. Ничего не важно.

- Роман, давай спокойно поговорим. Я не могу тебя отпустить, ты же понимаешь? Контракт и…Наталья, выйди из кабинета. Мужской разговор.

Говорить я с ним не хочу. Но понимаю, что надо.

Я честно не очень хорошо помню контракт.