Мне все равно

Тебе надо выиграть следующий заезд, это в твоих силах. Тогда ты будешь лидером общего зачета. И команда.

- Если я не уеду сегодня, я вообще не выйду на старт. Больше никогда.

- Ты понимаешь, что ты не можешь ставить мне ультиматумы? Ты никто! Ты не Шумахер, не Хаккинен, не Хэмилтон и даже не Квят*!

- Мне всё равно.

- Охренеть.

Он замолкает. А я трясусь, ногой дергаю, барабаню по полу как ненормальный, вспоминая – рейс прямой до Москвы был днем, и вроде вечером… а если с пересадками? Я… я должен её увидеть сегодня! Я должен!

- Роман, я сейчас говорю с тобой как с мужчиной, ты понимаешь это? С мужчиной, а не с мальчиком, который… который раскис из-за того, что его девчонка игнорит! Ты понимаешь, что сейчас на кону? Понимаешь, как ты подставляешь всех, кто в тебя верил, прежде всего – отца? Ты должен поступить как мужчина.

- Я и хочу поступить как мужчина. Я виноват перед ней. Я её бросил в самый трудный момент. Она там одна. Понимаете?

- Не понимаю. Ни хрена не понимаю!

- Вы… - понимаю, что задаю до тошноты банальный вопрос, но… - вы любили кого-нибудь?

- Любил.

- А если бы помешало?

Чёрт, зачем я вообще с ним говорю?

Встаю.

- Извините, может я и не прав, но… если я не улечу сейчас, я вообще не выйду на старт. Будет хуже, так что…

- Сядь.

- Мне бежать надо.

- Сядь сказал. Я закажу билет, свяжусь с помощницей, пусть подберет.

Через час я уже в аэропорту. Вещей нет, они мне не нужны, только рюкзак с ноутом. Покупаю в сувенирном магазине смешного верблюжонка с огромными глазами.

Сердце опять в режиме драм-машины.

Лерка не отвечает. Коршун пишет, что её не было в школе. Твою ж…

Мышь! Где ты, мышь?

Дикая мысль, попросить парней смотаться к ней домой, проверить. Но я её отметаю. Нет. Я должен сам. Это я должен сам.

Я ведь…

Я ведь еще когда был в Москве чувствовал, что она вот-вот сломается! Что ей тяжело! Что я мог сделать?

Ты мог остаться. Тор. Мог остаться.

Нет, не мог. Олег Иванович прав. На кону слишком много всего. Если уж я во все это вписался.

Что она для меня важнее всего на свете.

Вылет вовремя. Чуть больше пяти часов в воздухе. И все это время я строчу как ненормальный. В бизнесе не так много народу – не сезон. Но я ничего вокруг не замечаю. Ноут на коленях и…

Это даже не стихи. Это… наверное исповедь. Это всё. Как я её встретил. Что чувствовал. Как мне хотелось её уколоть. И унизить – да.

Нет.